Между подданными Великого Магистра ходит слушок, что огромен он не только ростом и широкими плечами, и Флинс неизбежно сталкивается с причиной этого слуха один на один

Между Варкой и Кириллом всегда были особые отношения.

На разорённом поле битвы Варка отчаянно ищет Флинса. Среди остатков мертвых тварей бездны он находит фонарь с тлеющим пламенем, изнутри которого доносится знакомый голос.

— Цветение. — Что? — У альвов это называется цветением, — погромче повторил Флинс, нахмурившись и прикрыв веки. В его мягком, бархатном голосе сквозило плохо скрываемое раздражение. — О, архонты. Я цвету, Варка, а ты не настолько старый, чтобы не услышать с первого раза, ясно?

— И вы меня поцеловали? — с медленно проступающим ужасом в голосе осведомился Флинс. — Кхм. Попробуйте догадаться.

Рассвет едва коснулся горизонта, когда Варка вновь поднялся на холм, ведущий к маяку у кладбища. Он давно не ведёт счёта как долго он приходит сюда каждую неделю и пытается закадрить местного отшельника, но он никогда не сдаётся, поэтому он не завершит экспедицию пока не добьётся своего, он не вернётся в Мондштадт, без Флинса.

Внезапно чуткий слух Флинса уловил не шаг патруля или крик птицы, а тяжелые, спотыкающиеся о корни деревьев шаги. Во тьме, подсвеченной бледным месяцем, плелась фигура, неуверенно пошатываясь, будто раненый зверь. И тут ветер донес до вампира аромат, от которого его скрутило от голода. Кровь. Волна жажды ударила в него, затуманивая сознание. Инстинкт требовал одного — броситься на добычу. // АУ, где Кирилл — вампир, а Варка — раненный путник, забредший в его владения.

Всё начинается с письма. Обычного такого письма в шершавом конверте и с восковой печатью Ордо Фавониус. По-хорошему, там должен быть очередной отчёт об успехах экспедиции магистра Варки, но вместо этого Джинн читает целый трактат о каком-то ратнике из Нод-Края.

- Отправьте своего самого милого и симпатичного курьера. Заплачу в два раза больше!

Варка всего лишь хотел угостить Флинса выпивкой, которой излишне увлекся за разговором. Напившись до чёртиков, он решил, что у «красавицы» перед ним восхитительные волосы.

Флинс усмехнулся и уголки его губ дрогнули в легкой улыбке: Варка был... интересным. — Водка и ты — явно проигрышная комбинация. — Рыцарь расхохотался, смех был заразительным и искренним. Кирилл почувствовал, как его собственные губы непроизвольно расплываются в подобие улыбки. — Ладно, ладно, — мужчина поднял руки вверх в примирительном жесте. — Но сегодня я тебя все-таки перепью. Это моя цель. В ответ вздохнули, но глаза выдавали скрытый интерес: — Удачи. Но помни, ты сам напросился.

— Между прочим, насколько мне известно… ни в одной легенде секс с феей не заканчивался ничем хорошим. И с чего вы взяли, что дело в моëм благородстве? Может, я и в самом деле не могу устоять перед вашими прекрасными ногами.

В какой-то момент, пока остальные были заняты поручениями, Варка и Флинс остались в лагере совсем одни...

Голод вполне естественное желание каждого живого существа в Тейвате, его совершенно просто утолить как и отвратительными на вкус галетами, так и изысканными блюдами. Но Варка был сыт по горло, и это не вязалось с тем, насколько сильным было желание поглотить Флинса целиком.

Север хранит лунную тишину, снег и слишком много того, о чём не принято говорить вслух. Пока в Нод-Крае текут обычные дни, маленькие события незаметно меняют привычный ритм жизни нелюдимого хранителя синего пламени и сильнейшего рыцаря Борея.