Слишком много посторонних дум не идут на пользу. Шарапов получает очередное задание, которое стремится выполнить в лучшем виде, а получается как будто наоборот.

Толпа в вагоне — та ещё лотерея. То Синичкину в объятья Володи бросает, то его самого — прямо к Жеглову. Главное вовремя понять, что номера призовые попались, и не выбросить по ошибке свой шанс на счастье.

Потому что это было мерзко и гадко только абстрактно, пока читаешь Уголовный кодекс. А сейчас это казалось единственно правильным.

"Не помню, где я бродил весь день, что происходило со мной, с кем я разговаривал, что делал. Беспамятство поглотило все." Оно отступило, лишь когда на пути оказался Глеб Жеглов. И сменилось алой пеленой ярости.

Довольно банальный сюжет, который очень хотелось перевести на любимых героев. Глеб иногда бывает очень уж несдержан. А Володя иногда страдает от этого.

Я хотела написать не детектив, и я смогла😁

Если бы сторожить Сидоренко ночью остался всё-таки Промокашка…

Жеглова всегда раздражала эта шараповская привычка со всеми допрашиваемыми быть терпеливым и вежливым. Но сейчас, когда в их кабинете сидит невероятной красоты девушка, явно проявляющая повышенный интерес к юному сотруднику МУРа, Глеб попросту готов вскипеть.

Он здесь, жив и невредим. Если это случайность, то пусть она останется навсегда в сердцах обоих МУРовцев. Несмотря на долгие годы работы вместе в качестве напарников, опытные следователи в один момент почувствовали какое-то притяжение друг к другу. Глеб поверил в любовь, сломал все свои принципы. Шарапов же лежит и улыбается, самодовольно и иронично, как он это умеет. Несмотря на авантюрные повороты, он всё равно останется Володей. Его Володей, любимым напарником и возлюбленным.

внутренний компас Володи всегда указывал в нужном направлении безошибочно. что на фронте, что теперь. единственный, в чьём присутствии компас размагничивался, был Глеб. ворвавшийся скрипом кирзачей, наглый и упрямый, насмешливый и острый на язык, пахнущий за километр забористыми папиросами начальник отдела московского угрозыска. с чуйкой ищейки, громкий, притягательный, невозможный.

У Глеба холодная кровь и черствое сердце. У Володи горячие руки и едва заметный шрам на виске, что вечно ноет к дождю. Шарапов играет на пианино, Жеглов, если нужно, вскроет любой замок. У обоих есть прошлое, о котором они не любят вспоминать даже наедине с собой.

Моё "долго и счастливо" для этих ребят, потому что они того заслужили.

«Блики фар проехавшей за окном машины проходят по лицам, и смывается, чуть отступает прочь прошедший страшный день, столкнувший и со смертью, и с предательством… Остаются только они двое. Их страсть, их любовь».

Написано по заявке Дикий Тань и этому диалогу: - Спектакль посмотреть хочется. Когда ещё сюда попадём? - Тоже мне театрал выискался!

События до встречи Жеглова и Шарапова. Начало войны, служба в МУРе

Володя долюбопытствовался, или краткое описание событий, случшившихся между седьмой и восьмой главами основной работы: https://ficbook.net/readfic/0194ec7d-e493-771d-9d50-d954330cc2bd Герои взяты из книги, а не из кино.

Вольная вариация на тему продолжения "Эры милосердия". Володя и Глеб вместе хоронят Варю, мирятся и живут дальше – как получается, как позволяют обстоятельства, и не киногерои они при этом, а битые жизнью книжные мальчишки, почти ровесники: один с войны вернулся, другой на ней по-прежнему проводит каждый день. И оба понимают, что им больше нельзя никого терять.