Джисон редко бывал сверху. Он любил принимать Минхо, любил скакать на нем, подставляться, но в те моменты, когда именно Минхо раскрывался под ним, как бутон молодой розы, он сходил с ума, снова понимая, что быть сверху он не мог по одной простой причине — пассивный Минхо заставлял его кончаться, как личность, и кончать слишком быстро.

Взгляд Хана скользит по полной банке пива, а после по руке, что устроилась внизу его живота. Долго бороться с собой не приходится. Он будто назло вжимается в Минхо сильнее, виляет задом, дразнит его. Что ему терять? Если что, то завтра соврет, что не помнит, пусть и не сможет никогда забыть. — Чем я тебе не нравлюсь, Джисон-а? — спрашивает Минхо слишком близко к уху. У Джисона от этого мурашки вдоль позвоночника бегут и соски набухают.

Минхо чувствовал жар тела, дрожь нетерпения и плотный туман возникшего желания. От всего этого безумно кружилась голова и дрожали руки. — Хочу записать звуки нашего секса, — наконец пояснил Джисон, опуская Минхо на пол. — Я раздену тебя, ладно?

Привыкший держать все под контролем Минхо неожиданно даёт слабину и с треском влюбляется в своего очаровательного соседа. Джисон милый, обходительный и, что хуже всего, прекрасно ладит с его дочерью. Казалось бы, что ещё нужно для счастья? Но как подобраться к нему ближе и позволить самому себе наконец расслабиться, рискнув утонуть в этом чувстве? Он бы так и не решился, если бы не Миа, которой нужна была не только рождественская ёлка, но и... второй папа.

У Джисона не всегда был краш на отца Феликса. Он был просто папой лучшего друга. Пока однажды внезапно всё не перестало быть так просто. Из папы Феликса, мистера Ли, он превратился в… Минхо. — Эм… Джисон? — доносится хриплый низкий голос сонного Минхо. — Вы бы поцеловали меня, если бы я попросил? — буднично спрашивает Джисон. На другом конце повисла пауза. — Что? — Я спросил, вы поцелуете меня? — он повторяет вопрос, пьяно хихикая.

Джисон гладит живот, чувствует шевеление внутри себя. Икра морского чудища зреет в его чреве, и уже скоро оно призовёт его назад в море на нерест. Он же хотел курортный роман? Что ж, этот отдых в заливе он запомнит надолго.

В 3:15 ночи Минхо, потерявший любимого человека, в отчаянии набирает его номер — но ошибается одной цифрой. На том конце провода отвечает незнакомый голос. Вместо того чтобы бросить трубку, он слушает. Так начинается история двух незнакомцев, которые становятся друг для друга голосами в темноте. Никаких фото, никаких имён — только музыка по ночам и разговоры до утра. Но одна случайная встреча в магазине меняет всё. Они уже видели друг друга, просто не знали об этом.

Джисон, уверенный в себе сердцеед, решает научить застенчивого друга Минхо искусству флирта. Проблема в том, что Минхо не нужны другие — ему нужен сам Джисон. Каждое «тренировочное» прикосновение, каждый взгляд по заданию становятся для него пыткой и счастьем одновременно. Но когда Джисон организует для него свидание с «идеальным парнем», Минхо сдаёт экзамен совсем не так, как ожидалось. Ведь все приёмы он отрабатывал на своём учителе. Всегда. Только на нём.

Минхо привык держать всё под контролем. Новый король ада, последователь одной из главных династий двух лун, он устанавливает правила, которым подчиняются все. Почти все. Один грешник отказывается склонить голову. У него слишком острый язык и огромное владение информацией. Хуже всего то, что Минхо тянет к этому подонку. Здешние пакости – любовные письма. Ненависть утаивает запретное влечение, а древняя сила ищет единственного, кто способен её отразить.

Джисон ужасен в отношениях, а Минхо вообще в них не верит, поэтому они просто спят друг с другом. Абсолютно. Просто спят. Без всяких там привязанностей. Не слушайте тех, кто утверждает обратное.

— Выкинь его со склона, — говорит Джисон, подтягивая колени к груди. — Ты предлагаешь мне выкинуть с горы кольцо за восемь миллионов вон? — уточняет Минхо. — Да. Слышал, это дарит чувство освобождения, и всё такое. — Ты чокнутый. // Или: Минхо зовёт Джисона в путешествие на Чеджу — туда, где ещё две недели назад планировал сделать своей девушке предложение.

Джисон знает, что совершает ошибку. Знает, что это жалко. Он знает, что когда проснётся, будет только хуже, и что потом ему придётся жить с тем, что он натворил. Но почему-то его это не останавливает. Завтра будет больно? Что ж. Ну и пусть. Хан Джисон [1:48] привет // Или: Спустя полтора года с тех пор, как Минхо его бросил, Джисон пишет ему снова.

— Чувак, я же для тебя незнакомец. Я мог бы отвезти тебя куда угодно… и убить, например. — Не такой уж и незнакомец, — спокойно отвечает Минхо, пожимая плечами. — Я знаю твоё второе имя. // Накануне собственной свадьбы Минхо оказывается очарован официантом по имени Джисон — и всеми возможностями для другой (лучшей?) жизни.

— Смотри, сонсэнним пришёл! — восторженно вскрикивает Джию. Джисон замирает. Этого не может быть. В последний раз он разговаривал с Минхо десять лет назад. Что он должен сказать сейчас? "Привет, давно не виделись"? "Прости, что разбил тебе сердце"? "Ты выглядишь так же потрясающе, как в тот день, когда ушёл от меня"? // Или: Спустя десять лет с тех пор, как Джисон потерял свою первую любовь, и три года, как потерял вторую, он записывает свою дочь на балет.

— Вы такой… — Минхо замолкает, пытаясь подобрать нужное английское слово. — Красивый? Талантливый? Неподражаемый? — улыбается ему Питер. — Отвратительный! — вскрикивает Минхо. — Вы отвратительны, лейтенант Хан.

«...Я думаю, нам нужно расстаться». Джисон оторвал взгляд от ноутбука, криво улыбаясь и снимая с головы огромные наушники. «Извини, я, кажется, не расслышал. Подавление шума, и всё такое. Ч-что ты сказал?»

— Хён. Ты знаешь, на ком он хочет жениться? — спрашивает Джисон с набитым ртом. С таким же успехом он мог бы пожевать и картон. На вкус то же самое. Чанбин косится на него. — Без понятия. // Или: Минхо думает о браке. Джисону требуется некоторое время, чтобы разобраться, что к чему.

[11:54] Ванная Чана. Минхо и Джисон на его кровати. Они не знают, что я здесь. Пожалуйста, приди. *** Или: Сынмин оказывается не в том месте, не в то время.

По сценарию Джисон должен был найти девушку, поступить в колледж и быть как все, но не этого он хотел. Он хотел весёлой, спонтанной жизни, в которой мог бы продюсировать музыку с Крисом и Чанбином и целовать кого захочет. Он хотел бунта и приключений. Он хотел Минхо.

Ничего необычного, просто два лучших друга напились в хлам, пытаются сладить с фотобудкой, и— о, чёрт, почему они целуются?