Застрять в лифте – в принципе удовольствие сомнительное. Особенно с тем, кто сделал умение действовать на нервы своим личным видом искусства. И уж точно не с давним соперником твоего сына, которого ты ненавидела целую вечность. Но оказавшись в лифте с Ильёй Розановым, Юна вдруг понимает: всё не так однозначно, как она думала.

Три года спустя после разрыва отношений (хотя и разрывать было нечего) Шейн получает сотрясение мозга, и «Метрос» приглашают Илью на замену. Это история о расставании и примирении, вдохновленная романом Джейн Остин «Доводы рассудка».

Что если бы Шейн не получил удар от Клиффа в «Жарком соперничестве»? Что если бы он в тот вечер пошёл к Илье, когда тот планировал с ним расстаться?

А что если бы Илья потерял телефон во время аварийной посадки, и Шейн не смог бы с ним связаться?

И вот он уже в комнате, осторожно прикрывает за собой дверь, стараясь не шуметь, и только тогда понимает: Шейн не один. Там ещё трое. И, словно этого было мало, этими тремя оказываются Холландеры и Хейден, мать его, Пайк.

Илья и Шейн заново ищут путь к себе и друг к другу после того, как Илья пытался покончить с собой.

Это была трагедия. Самолёт Кентавров Оттавы разбился в северной Джорджии, во время рейса Каролина – Тампа. Они ещё не знали подробностей. НХЛ отменила все мероприятия на следующие семь дней. Подождите… Что? В семнадцать Шейн Холландер встретил любовь всей своей жизни. В двадцать девять гравитация забрала её у него. Шейн хотел, чтобы он тоже умер в тот день.

Однажды, обманутый представлением о городе, кишащем другими русскими, он целый день ходил по пекарням Нью-Йорка, пытаясь найти торт, который хотя бы отдалённо напоминал ему о родине. Была середина зимы, и он списывал свои слёзы на то, что ветер хлестал его по лицу. Он игнорировал сообщения от всех, кроме Шейна.

«Наверняка Шейн никогда не простил бы Илью, если бы тот покончил с собой. Конечно, Илья бы никогда этого не сделал. Только если бы у него совсем не осталось выбора». Спустя два года после того, как ему диагностировали депрессию, Илья начинает задумываться о самоубийстве.

После неожиданной встречи с Ильёй Розановым Юна начинает смотреть на него иначе – и это становится началом долгой вереницы разговоров с обеими сторонами их противостояния, затем неожиданной дружбы и нового понимания того, что скрывается за словом «соперничество». (Пять раз, когда Юна сама выходила на связь с Ильёй, и один раз, когда он сделал это первым; Пять раз, когда она пыталась разговорить Шейна, и один раз, когда он сделал это сам.)

Из-за той же самой ошибки Илье на три дня достаётся чужой и ужасно скучный телефон. В нём куда меньше тайн, зато куда больше Холландера, беременных нюдсов и бесконечных, раздражающих сообщений от Хейдена Пайка. "Мне кажется, Джейн тебе подходит", но с точки зрения Ильи.

Клифф Марлоу ударил Илью в игре против «Кентавров» и теперь ему приходится разбираться с хаосом, вызванным его сумасшедшим бывшим капитаном и лучшим другом, находящимся на обезболивающих. По крайней мере, эти лекарства, вроде как, объясняют его странное поведение. Иначе зачем бы Розанов называл Шейна Холландера «своей любовью»?

Что, если бы Шейн так и не пожал руку Илье в тот день в Саскачеване, и они остались соперниками на долгие годы? Каким был бы их первый раз уже в зрелом возрасте?

— Я же говорил, Хантер. Холландер и я, мы влюблены. Он мой хоккеист. — Конечно, Роз. Ты и Холландер влюблены, хотите пожениться и провести остаток жизни, играя в хоккей вместе. Если вы двое влюблены, то я гетеро. Вот насколько это реально. [Шейн разрешает Илье начать рассказывать об их отношениях. Илья, разумеется, приходит в восторг и тут же начинает говорить об этом всем вокруг. Проблема в том, что ему никто не верит!]

В сорок шесть лет Илье Розанову — завершившему карьеру капитану и звёздному нападающему «Кентавров», шестикратному обладателю Кубка Стэнли и одному из самых одарённых хоккеистов своего поколения — ставят диагноз: деменция.

Тот самый ужин с родителями Шейна в коттедже в пять часов. Разговоры за столом, воспоминания о годах тайного романа и уютные посиделки у костра. К концу вечера Юна Холландер, кажется, готова признать, что Илья Розанов – теперь часть её семьи.

Шейна добавляют в групповой чат жён и девушек игроков «Кентавров Оттавы», и он получает поддержку, о необходимости которой даже не подозревал.

Мирная жизнь Ильи и Шейна далась им с трудом и невероятно хрупка. Телефонный звонок из России грозит обрушить весь карточный домик. (Прямое продолжение и соответственно вторая часть "Права на ошибку", первая часть в примечаниях, читать только в хронологическом порядке).

Илья привык считать, что любовь нужно заслужить — идеальной игрой, правильными словами, безупречным поведением. Он уверен: если оступится, его накажут. Но за этим столом действуют другие правила. Здесь не бьют за ошибки. Здесь не требуют совершенства. Здесь держат — даже когда ты дрожишь от страха. История о том, как трудно поверить, что тебя можно любить просто так.

Как бы сложилась история, если бы тот судьбоносный диалог Шейна и Роуз Лэндри в ресторане был бы не таким приватным, как нам хотелось бы... (2 часть уже выходит, ссылка в прим.)