Проигрыш на трассе — победа в постели. Таково новое правило пилотов Макларен. После неудачной гонки проигравший получает в награду ночь со своим напарником. Никаких чувств. Раньше это был сборник драбблов о том, как «Papaya Rules» получили очень горячее обновление. Но, кажется, что-то пошло не так. Главы пишутся по горячим следам неудач папайя бойс. Чем больше драмы на треке, тем больше глав в сборнике! 30.01.2026 работа официально завершена. продолжение? будет, но в другом виде.

«Забери свою блядь, а то она от моей бляди не отлипает». Одно сообщение с фотографией — и мир Оскара Пиастри рушится. Пока его напарник празднует чемпионство в объятиях другого, Оскару предстоит сделать выбор: захлопнуть дверь в прошлое навсегда или ворваться в эту пьяную, отчаянную ночь и забрать то, что он три года боялся назвать своим. Но что, если за этой дверью — лишь боль и осколки разбитых надежд?

Что делает гонщик, которому отказали? Правильно, идет на таран. Ландо Норрис решил, что Оскар Пиастри будет его. Он устроил цирк на весь мир, не подозревая одного: у этой ледяной глыбы есть свои, куда более жестокие методы игры. или AU, где после встречи с неприступной супермоделью Оскаром Пиастри у Ландо Норриса вместо мозгов работает только хуй, и он готов на всё, чтобы затащить австралийца в постель.

Ходят слухи, что у «Львов» новый либеро. Говорят, мол, их связующего, Пиастри, кроет на нем люто. Удивительно. Я-то думал, что ему, кроме мячика своего волейбольного, вообще ничего не интересно. А вон оно как вышло. Хотя, это же только слухи. Мало ли, что люди говорят.

Ландо Норрис был великолепным летчиком — все так считали. Ну да, немного отбитым, немного несерьезным, но это просто дух авантюризма в нем вечно звал узнать, каково это — управлять истребителем без одного из двигателей. Оскар, как начальник медслужбы их военной части, считал, что однажды он долетается до грустной гранитной плитки на кладбище или, в лучшем случае, до разжалования обратно в старлеты. Когда-нибудь Оскар его просто убьет. Если Норрис сам не справится с этим быстрее.

— Ты все время смотришь. Почему? — Ландо закрыл окно, которое только распахнул. Воздуха и так не хватало, а теперь с каждой минутой становилось меньше. — Это... мешает сосредоточиться. — Тебе много что мешает сосредоточиться. — Оскар не отводил глаз. — А вообще, честно? Пытаюсь понять, что у тебя в голове. — Получается? — С переменным успехом. В шахматах самый умный игрок обычно побеждает. В отношениях самый умный игрок обычно уходит. Но что, если проиграть — единственный способ выиграть?

Он даже не осознает, что это странно, пока не переходит за черту, поворачивая голову и кусая Оскара. Оскар, само собой, пугается чуть ли не до смерти: – Ауч, какого, Ландо, ты меня только что укусил? Или: Ландо начинает кусать Оскара, и с того момента все движется будто в водовороте, пока он не узнает, что Оскару это нравится.

Честно говоря, Логан вообще не помнил, зачем он полез в тумбу.

Оскару правда нравится Ландо. С ним спокойно и парень быстро к нему привык, не смотря на свою замкнутость. Рационально это все еще не подходит под романтическую симпатию. Но в постоянных эротических снах с участием твоего напарника по команде вообще нет ничего рационального.

— Говорят, что тут есть жесткий препод, которого все боятся. В интернете читал. Мол, ездит на крутой тачке и валит всех подряд. Дьявол, короче. — Если понравишься ему, то проблем не будет. Ау, где Ландо из-за проблем с характером переводится в новый университет и случайно принимает преподавателя за ученика, попросив у того прикурить, а Оскар тот самый преподаватель, которого боится каждый студент.

– Подождите, в чем проблема? – спрашивает Оскар, обращаясь ко всей комнате в целом. – Может мне стоит разбудить его и попросить уйти с пути? – Нет! – тут же кричат все. Оскар моргает. – Не делай этого, – наконец говорит Зак, подходя к нему и хлопая по плечу. – Не буди его. Никогда не буди его, если можешь, у него ужасный рефлекс ударять всех по лицу после пробуждения. Или: И все это слишком тяжело для маленького Ландо Норриса, ему просто нужно немного сна.

Он просто знает все. Ландо по-настоящему пугается во время перерыва, когда они вместе прохлаждаются в гостиной, и Оскар решает спуститься вниз за кофе. – Возьми мне тоже, окей? – Ага, – выкрикивает Оскар, прежде чем уйти. И после он приходит с обычным капучино для себя и латте с двойной пенкой, добавкой в виде фундука, половиной экстра шота молока и двумя с половиной ложками сахара. – Когда, черт возьми, ты успел запомнить мой заказ?

В какой-то момент ревность Ландо переходит все границы.

«Ты ведь делал это раньше, да?» — спрашивает Ландо. Его голос прерывистый, надломленный. «Ну, в смысле... с парнем?» «Да, — хрипит Оскар. — Делал.» Глаза Ландо, широко распахнутые, мечутся по его лицу. Оскар видит, что тот пытается набраться смелости, чтобы о чем-то спросить. Но он никак не ожидает, что этим «чем-то» станет вопрос: «А ты бы когда-нибудь... Ну, я имею в виду... со мной?» Или: После года безответной тоски Оскар застает своего соседа-натурала за просмотром гей-порно.

93 неправильного имени на кофейном стаканчике или как выбесить Ландо Норриса одной надписью

Ландо Норрис покупает целый новомодный пентхаус, чтобы затащить в постель одного неприступного австралийца, в которого безответно влюблен уже четыре года.

Для гонщиков McLaren Ландо Норриса и Оскара Пиастри авария на трассе была только началом. Настоящее столкновение ждет их в кабинете психолога вместе с ультиматумом от команды — одно межсезонье, чтобы научиться доверять, или один из них потеряет всё. Они должны стать идеальным слипстримом друг для друга: один прокладывает путь, другой доверяет и следует за ним. Справятся ли они?

Ландо привык спать с кем попало и просыпаться в чужих постелях. Чего он не привык, так это просыпаться в чужой постели с осознанием, что прошлой ночью заснул в своей собственной. Простыни странно ощущаются на коже — они отличаются от тех, что были в его квартире в Монако, — а солнечный свет проникает сквозь тонкие занавески, заставляя крепко зажмуриться. Но самое главное — его талию обнимает тяжелая рука. /ландо попадает в будущее

— Словами, — говорит он, останавливая руку на колене Ландо и рисуя успокаивающие круги на коже. — Я тебя убью, — выдавливает Ландо, задыхаясь от скручивающего грудь желания. Боже, Оскар до сих пор полностью одет. Он безумно горяч, когда усмехается и слегка взъерошен, но все равно гораздо более собранный, чем Ландо. — Что ж, полагаю, это не те слова.

Ландо завоевывает поул в Спа. На следующее утро Оскар получает то, что ему причитается.