Макс любит моторхоумы. Здесь уютно, всегда можно спрятаться от прессы, даже от собственной команды можно спрятаться при должной сноровке. В чужом моторхоуме, например. Симпатичного красного цвета с цифрой шестнадцать.

Пиксельные фотки собраны вместе в подобии грубо отрисованного комикса с очень хреново продуманной сюжетной аркой, который каким-то образом попал на первые полосы каждой ширпотребной газетёнки. "ВЫСТАВЛЕНО НАПОКАЗ: гейская двойная жизнь пилота Формулы-1 Макса Ферстаппена". *** Макс пытается справиться с последствиями слитой в прессу личной жизни, а Шарль... он всегда где-то рядом.

Когда Макс впервые спросил Шарля, что, если он станет трехкратным чемпионом мира, то позволит ли он поцеловать себя в прямом эфире, чтобы отпраздновать победу… ну, он думал, что его главной проблемой будет отказ Шарля. А не неспособность перестать целовать его… Чтож, это определенно проблема в их повседневной жизни. На самом деле, он не думал, что это будет его главной заботой сейчас. И все же…

Максу так стыдно. Он знает, что все за спиной говорят про него и отца, и ему так не хочется давать людям новый повод для обсуждения. Чтобы все вокруг перешептывались «он оставил его на дороге» и смотрели с сожалением. (2013 год. После соревнований Йос высаживает Макса на дороге и заставляет идти домой пешком. Его на машине подбирает семья Шарля)

Макс тогда подошел к нему на интервью, чтобы поздравить. Улыбался, что-то объяснял и смотрел прямо в глаза. Шарль и подумать не мог, как часто в этом году еще окажется в этой ситуации. И как сильно это полюбит.

Шарль Леклер имеет репутацию человека, который постоянно занимает чужие места. Случай, когда заняли его место, меняет всё. Конечно, в этом замешаны Макс Ферстаппен и Лас-Вегас.

Шарль Леклер выкладывает фотографию с загадочным мужчиной и как бы невзначай взрывает интернет.

Loving you the way I do It hurts

2032 год. Даниэль Риккьярдо хочет завоевать заветную Тройную корону в качестве всего лишь второго пилота в истории. Чтобы добиться этого, он должен выиграть 24 часа Ле-Мана. После двух лет неудач он чувствует, что это его последний шанс. Ему нужны лучшие пилоты на его стороне, поэтому он убеждает двух чемпионов мира Макса Ферстаппена и Шарля Леклера присоединиться к команде. Смогут ли два соперника забыть свое общее прошлое и помочь своему другу одержать победу?

После того, как он поделился своими переживаниями с Даниэлем (к кому еще Шарль пошел бы со своими проблемами в личной жизни?), австралиец удивленно смотрел на него в течение нескольких минут, прежде чем выпалить: - Прости, но ты только что сказал, что вы с Максом занимались сексом по телефону в течение двух недель? Шарль, покраснев, пробормотал: - Это не секс по телефону. - Вы посылаете друг другу фотографии своих членов и дрочите. Как это еще назвать?

На гран-при в Монце Шарль влетает в ограждение. Макс переживает.

Шарль не знал, что они с Максом встречаются на протяжении года. Но в любом случае, Шарлю с ним очень хорошо.

У Макса нет настроения веселиться на вечеринке, Шарль допивается до состояния "я сейчас всех тут трахну" и что из этого вышло.

I can't see me lovin' nobody but you for all my life. When you're with me, baby the skies'll be blue for all my life.

У них были разработаны десятки вариантов пиар-стратегий, заготовлены статьи, пути отхода, лояльные интервьюеры, согласные вести по безопасной дорожке, были на быстром звонке. Казалось, они продумали все до мелочей, но все равно не заметили слона в комнате. Точнее, обезьяну, которой сами дали автомат, научили стрелять и запустили на фарфоровый завод. Макс и Шарль — катастрофа. Пиар-катастрофа в чистом виде. Или: Шарль Леклер становится новым пилотом Red Bull и пиарщики плачут.

Макс Ферстаппен — трёхкратный чемпион мира, машина для победы. Шарль Леклер — его солнце, его самая сложная трасса и самая заветная победа. С тринадцати лет Макс вёл список. Список всего, что заставляет Шарля улыбаться. Это был его секрет, его копинг-механизм, его способ быть рядом, не приближаясь. Пока однажды Леклер этот список не нашёл. Или о том, как два идиота потратили десятилетие на взаимную тоску, а спасли их старый список, плохо спрятанный в рюкзаке, и Оскар Пиастри.

- Перестань на меня так смотреть, - нервно произнёс Шарль, стараясь при этом казаться спокойным. - А как я на тебя смотрю? – непонимающе спросил Макс.

–Мы переспим, если я буду на подиуме в Мексике. – немного несвязно заявляет Шарль. Макс смотрит пристально, не мигает. Леклер, кажется, пьян в стельку (хотя с чего - для Макса остается загадкой, но вероятность, что он основательно приложился к литру водки тоже исключать не стоит), и доверять таким словам сейчас просто безумство, но Максу хочется. –Да? Точно? – один пьяный мозг плохо, а два – хуже. –А что будет, если нет? –Не переспим. – просто отвечает Леклер.