У Бака уже сформировалась определённая привычка, когда он приходил в дом Эдди.

- А зачем ты принёс печенье? - Спрашивает Эдди, убирая последние пивные бутылки с кухонного стола и бросая их в мусорное ведро. Бак выпрямляется там, где только что смывал пятно с ковра в гостиной, и пожимает плечами. - Мэдди сказала, что я не могу пойти к кому-то домой без подарка. Это делает меня ужасным гостем. - Гостем? - Эдди поднимает бровь и фыркает. - Ты практически живёшь здесь. Я даже не знаю, почему ты все ещё тратишь деньги на аренду жилья..?

Эдди и Чимни разговаривают о том, каково быть женатым на Бакли.

Пять раз, когда Эдди был жутким собственником, а Бак (будучи ничего не понимающим щеночком) не замечал этого. И один раз, когда он не мог не заметить.

Бак почти уверен, что в данный момент вселенная активно пытается убить его. Другого объяснения просто нет. За последние два года он был взорван и впоследствии раздавлен пожарной машиной, у него была легочная эмболия, он чуть не утонул в цунами, а теперь вот это. Сколько раз ему нужно оказаться на грани смерти, прежде чем все это перестанет быть несчастным случаем и станет каким-то космическим ударом, нанесенным по его жизни?

– Давно ты его любишь? – спрашивает Хен спустя какое-то время. У Бака нет точного ответа на этот вопрос, потому что ему кажется, что он любил Эдди всегда.

После первого свидания с Эдди Бак узнает, что тот встречается с кем-то ещё. По крайней мере, именно это ему сказала Мэдди.

Бак никогда не рассказывал о своих родителях, и Эдди не давил на него. Но у них происходит вынужденное знакомство, когда мистер и миссис Бакли появляются на пороге дома Эдди, желая увидеть внука...

В которой Бак – взрослый ответственный человек, который больше не занимается случайным сексом на публике. Нет, правда. Он клянется на мизинчиках.

Баку нравится, когда Эдди ставит его на место. И Эдди это заметил.

На их первом свидании Бак спасает жизнь мужчине прямо посреди ресторана и... Эдди ещё никогда не был так возбуждён.

‎— Почему человек засыпает рядом с другим, если ему не скучно и он не устал? – Спрашивает Бак. ‎— Высокий уровень окситоцина, – Отвечает Хен. //Или 5 случаев, когда Бак засыпает рядом с Эдди независимо от обстоятельств

Эван Бакли действительно хорош в постели. Иногда он жалеет, что это так.

Бак. Три буквы. Один слог. Эдди знает, что это прозвище. Почему Бак его выбрал и из-за чего представляется только так — не его дело. Да и вряд ли там кроется что-то важное — почти у всех есть прозвища, на работе или в обычной жизни. Даже самому Эдди было бы странно, назови его кто-то, кроме семьи, полным именем, после стольких-то лет. Итак. Эдди называет Бака Баком. И не задумывается об этом. По крайней мере… не сразу.

"Когда ты надеваешь на кого-то свою ковбойскую шляпу, значит ты хочешь, чтобы этот человек тебя оседлал". Такое простое правило. Легко запомнить, легко узнать. Предложение. Вопрос. Но прямо сейчас? Чёртово заявление.

Протянув дрожащую ладонь, он включает воду, и та принимается шуметь в раковине неживым родником. Пальцам прохладно. Лицу тоже. Он умывается, пытаясь успокоиться. Поднимает взгляд, и в небольшом зеркале рядом с подставкой для зубной щетки на него смотрят усталые голубые глаза с чуть припухшими от слез веками. Сколько раз он обещал себе больше не плакать из-за этого? Сколько раз нарушал данное обещание? “Это из-за скейта”, проговаривает мысленно, убеждая самого себя, “я просто упал со скейта".

Крис оставляет список из двадцати вещей, которые Бак может сделать, чтобы подбодрить Эдди, пока он будет в лагере. Каким-то образом это превращается в план из двадцати шагов, чтобы добиться старшего Диаза.

Внезапно стало неким сборником драббликов: тайминг относительно сохранён, но можно читать избирательно ^^ 1. Сексоголик и мачо (НЦ-17, PWP и непотребства) 2. Бездна (Г, ангст и соплюшки) 3. Болезнь (нц-17, недоПВП, романтика)

Баку теперь не до мытья полов или приготовления еды, он даже с места подняться не может, безмолвно гипнотизируя телефон, всего-то и произошло — Кристофер поместил его на свое фамильное древо.

Бак не был уверен, где именно находился. Последнее, что он помнил — это то, что команда была на вызове. А теперь он здесь, в месте, которое никогда прежде не видел, окружённый людьми, которых не знал. Здесь ярко. Это всё, что он мог сказать.