Ремусу хотелось всхлипнуть. Чуть податься назад. Откинуться спиной на крепкую широкую грудь. Прогнуться, чтобы горячее дыхание вскользь лизнуло шею. Повернуть голову – совсем немного, только чтобы мимолётно мазнуть дрожащими ресницами по чужой щеке…

Сириус и Ремус остаются в Хогвартсе на летние каникулы. «Сириус достал из пачки сигарету, сунул в угол рта и подпалил, неразборчиво пробормотав заклинание. Они шли и молчали, а Ремус чувствовал запах Сириуса – кожа, крем для бритья, хвоя, его любимые сигареты, что-то близкое и родное. Этим пропахла вся спальня Мародеров, и Ремус отстраненно, будто бы не о себе, подумал, что именно так бы пахла его Аморотенция. Просто этот запах всплывал в его памяти всегда, когда он вспоминал о доме».

Эта история о том, как двадцатитрёхлетний Римус Люпин - заучившийся студент последнего курса и бариста с мизерной зарплатой - однажды вернулся домой и застал там исключительно обаятельного грабителя. Учитывая район, Римус не сильно-то удивился грабежу. Удивился он, когда позже грабитель вернулся. И принёс с собой диван.

Сириус и Ремус влюблены друг в друга, но оба уверены, что их чувства невзаимны. Когда об этом узнает Джеймс, ситуация несколько меняется.

К слову сказать, у Сириуса ушло чуть больше четырёх лет, чтобы понять, что именно он чувствует к Римусу. Джеймс Поттер разгадал его примерно за пятнадцать минут.

Римус потерял всякую надежду выучить французский язык. Но как потеряешь, так и найдёшь, верно?

Сириусу и Ремусу очень нужно поговорить, но они никак не могут найти время и место.

Обычная ночная вылазка из замка под мантией-невидимкой.

Сириус панк в серо-чёрных тонах, Ремус - книжный червь в свитерах приглушённых цветов.

Каждый рождается со Словами на руке, которые связывают их с родственными душами. Джеймс находит свою, у Сириуса все выяснилось еще в первый год, Питер в принципе не разговаривает с девушками, а Ремус думает, что он очень хотел бы снова надеть наушники и исчезнуть.

Однажды, когда мать издевательски поинтересовалась, чем же её возлюбленный старший сын собирается заниматься летом, Сириус ляпнул: работать. Разумеется, своё слово пришлось сдержать. Модерн!АУ.

Они не говорили о Патронусе Сириуса. Все ожидали, что это будет Бродяга, как у Джеймса — Сохатый, у Питера — Хвост, а у Ремуса — волк. Никто даже не спрашивал, к какому счастливому воспоминанию он обращался, чтобы вызвать его. Это было щекотливой темой для Сириуса, так что они оставили его в покое. Хотя Джеймс иногда раздражает, особенно после того, как Сириус вызывает своего Патронуса, защищаясь от блудного дементора во время их похода в Хогсмид на шестом курсе.

Сириус глуп, Ремусу приходится с этим мириться.

Иногда они слишком влюблены.

Наглядно, что делать, если ты чувствуешь запах своего лучшего друга от амортенции.

Сириус хочет поговорить о Лунатиках, а Ремусу нужны конспекты Джеймса по Трансфигурации. Слово за слово, и в итоге Сириус узнает, чем же занимаются Лунатики в свое свободное время.

Ремус Люпин страдает из-за шрамов на лице, которые ежесекундно напоминают ему о звере, живущем внутри. Однажды его лучший друг и сосед по квартире, Сириус Блэк, приносит чудодейственный эликсир, который не только помогает избавиться от шрамов, но и позволяет друзьям разобраться в чувствах друг к другу.

Часть 1. Пускай Джеймс, Сириус и Питер - студенты-химики, это нисколько не мешает им увлекаться музыкой. Однажды друзья знакомятся с парнем-барабанщиком из музыкального колледжа, что напротив... Часть 2. Проходит восемь лет. Сириус возвращается в родной город. Многое изменилось, да, но характеры старых друзей и мотивы людских поступков не меняются...

Ремус уже перестал ждать от Сириуса объяснений, так что он удивлённо перевёл на него взгляд, когда Блэк начал говорить. – Ты когда-нибудь влюблялся по-настоящему? – спросил он надломившимся голосом. Ремус замер. Дыхание спёрло. – Нет. «Да, болван, в тебя!» >Сборник драбблов по вульфстару.

По вечерам Ремус частенько любит сидеть у камина с задумчивым видом, предаваясь сотням разных мыслей и за долгие годы дружбы и влюбленности Сириус научился отличать какие эмоции испытывает его, без меры терпеливый и правильный, волчонок, и когда стоит вмешаться в поток его мыслей. - Не хочешь шоколада, Ремми? - Выдыхает он на ухо, почти тем же тоном, что подбивает обычно на проделки. - Хочу, но не не шоколада,- улыбка касается пересеченных тонким шрамом губ,- хочу тебя