«Да, я ухаживал за тобой, — Чжун Ли усмехается. — Мне было интересно, как скоро ты это заметишь». Кажется, все вокруг знают, что Чайльд и Чжун Ли встречаются. Все, кроме самого Чайльда.

— И как ты справился с этим беспокойством? — подобрав очень тактичное слово для описания проблемы, одними губами прошептал Итер. — Беспокойство? — как-то слишком иронично хмыкнул Сяо. — Невозможно беспокоиться тысячу лет, — безрадостно покачал головой он.

У Сяо фетиш на длинные волосы. А Итэр и не против.

По Мондштадту ходят разные слухи. Самые неверные из них касаются мастера Дилюка и сэра Кэйи.

Дилюк ревнует.

Это было странно, очень странно, но невероятно интересно. Прежде Чайльду казалось, что ему мерещится, но гораздо позже он понял, что нет, ему не казалось, волосы у Чжунли в самом деле периодически светились. Осталось лишь выяснить причину

За всю свою долгую жизнь, что исчисляется не в сотнях, а тысячах лет, он никогда не жаждал касаться кого-то вне еженощной борьбы с силами зла, где неизменно выходил победителем. Все эти годы он бился и бил, сражался до последнего вздоха и чувствовал совокупность вины и невероятнейшей боли где-то в душе. А теперь ощущает внезапную робость и разряды на кончиках пальцев — настолько хочет убрать упавшую светлую прядь с чужого лица, но не уверен, будет ли это уместно.

Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

Итэр однажды сказал, что никогда не видел сэра Кэйю пьяным. Розария подумала: "И слава Архонтам".

Кэйа Альберих не любит Дилюка Рагнвиндра.

Дилюку шестнадцать, и он безнадёжно влюблён в своего названого брата.

Пускай этот огонь сожжёт его дотла и уничтожит изнутри. Он совсем не будет против. Он это заслужил.

С возрастом Дилюк так и не понял, почему дерево закатника так называется, зато выучил одно – каждый гребаный раз, когда немного розоватый цветок распускается - он один, и этот год – не исключение.

Нынешние минуты - решающие. Если сумеет дожить до утра, опасность минует, Ордо Фавониус получит своего капитана обратно.

Рагнвиндр, продолжавший держать его за руку, еле слышно проговорил, глядя прямо в голубые глаза: — Того, что ты дал, не хватит, Кэйа. А потом добил, одними губами произнося желанное: — Мне нужен ты.

Дилюк рывком стаскивает с него перчатку, оголяя смуглую кисть, и с нежностью прижимает к своим губам: выцеловывает ладонь, лаская пальцы, и смотрит с таким теплом и обожанием, что внутри Кэйи всё переворачивается раз двадцать.

– Так приятно наблюдать, как глава Цисин стоит передо мной на коленях, да еще и связанная… Над ухом обездвиженной девушки раздается хрипловатый смех. – Не пытайся вырваться. – ее резко берут за волосы и прижимают щекой к бедру. – Ты проиграла, Воля Небес. Я говорила, что тебе не удастся обыграть меня в покер.

"Приятно, когда о твоем хвостике кто-то заботится". Горо проверяет на практике слова Яэ Мико.

— Правду говорят, что у Властелина Камня два члена? Чайльд подтрунивал. Нельзя же было воспринять всерьез, что у Чжунли… — Правду, — невозмутимо ответил тот.

Говорят, потереть ушки генерала Горо - к удаче. А Итто Аратаки очень нужна удача, чтобы пригласить госпожу Хину на свидание.