Однажды Итэр узнает, что кошачья болезнь передается поцелуем.

Если бы у него была возможность, он бы ни за что не пришёл переждать этот ливень в винокурню своего названного брата.

- Как так вышло, Кэйя, что обувь со шпорами носит не капитан кавалерии, а капитан разведывательного отряда? - с явной усмешкой спрашивает монахиня и проводит пальцем по краю кружки. - Варка все равно увел всех лошадей! - возмущенно оправдывается мужчина, - Вот я и сменил обувь на что-то более удобное. tw: ретифизм - фетишизм обуви.

Поговаривали, что любовники отлавливали слаймов по всему Тейвату для весьма однозначных целей, и когда Дилюк внезапно заявляет, что заниматься сексом с Кэйей скучно, тот решает на личном опыте опробовать нашумевший в Мондштадте слушок.

Они должны были собрать цветки Цинсинь, но у Чжун Ли оказались другие планы.

Всё началось с одного письма от человека из прошлого

– Но я просто хочу позаботиться о тебе, – немного грустно отвечает Тарталья и опускает взгляд на полотенце. – Ну дай, хотя бы немного. Эфир вздыхает и прикрывает глаза, молча пытаясь лечь выше на огромных подушках. Он устраивается поудобнее и пальцем призывает Тарталью наклониться к себе. И когда тот оказывается достаточно близко, то мягко вплетает пальцы в рыжие волосы на затылке. – Если так хочешь позаботиться обо мне, то исполни своё обещание, – соблазнительно шепчет Эфир в самое ухо.

Несмотря на прошедшие годы, сопровождающиеся тщетными попытками не возвращаться мыслями в прошлое, но зарываясь в него лишь глубже, память Дилюка не позволяла ему отпустить все то, что когда-то между ними было. Но если подводит память, то, быть может, не подведет завесь изо льда, которой сам Кайя покрыл себя еще несколько лет назад?

Сяо хотел быть похожим на Моракса. Но в какой-то момент перестал понимать свои желания.

...у его героев на эту ночь свои планы.

Кэйа учит Итэра искусству боя одноручным мечом — но больше соблазняет, само собой.

Они оставили ту бутылку в память о пьяном вечере, когда любили друг друга на траве под звездным небом. Но действительно ли она нужна только в качестве памяти? Дилюк так не думает.

Кэйа пытается подкатить к Альбедо в таверне, и Альбедо поддаётся — ради эксперимента, конечно же.

Сяо кладет ему руку на грудь и чувствует доказательство жизни под ней.

Все мы любим делать шалости, но порой стоит следить за тем, чтобы вас не спалили.

— Приходи в спальню, когда закончишь, — его голос становится ниже с каждым словом, которое он шепчет, словно секрет. — Думаю, что тяжелая ручная работа заслуживает награды, не так ли? (Когда награда оказалась сексом, никто не удивился).

— Ой, мастер Дилюк, так вы помолвлены? Поздравляю вас! — искренне радовалась Люмин. — Кто она? Красивая, наверное? Тоже благородных кровей? Мы её знаем? — без остановки сыпала вопросами Паймон. И только Дилюк смотрел на бокал, выскользнувший из рук, и думал: «да, Паймон, вы «её» знаете. Кстати, сэра Кэйю не видели? Надо сообщить ему о нашей с ним помолвке».

Первый гон Рэйзора, который он проводит не один.

Это прекрасный весенний день, и Чун Юнь не может перестать смотреть на ноги Син Цю.

В жаркий летний день Син Цю и Чун Юнь делят мороженое.