Феликс ещё раз прокручивает имя, пробует его на вкус, едва слышно проговаривая. Оно кажется ему необыкновенным, особенным, как и россыпь маленьких серьг на ушной раковине, как пирсинг, украшающий бровь.

У Чанбина ломаются наушники.

Чанбин глухой. У Феликса притягательные губы. (или ау про эмоциональных геев-школьников. Феликс просто милашка, а Чанбин без ума от него)

piercing!AU, где Чанбин - пирсер, а Феликс - его неугомонный клиент.

— Хен, а ты знал, что веснушки у меня не только на щеках есть?

У Феликса веснушки, если честно, и тут Чанбин всё. Просто до свидания.

Я бы выбрал тебя даже, если б между нами стояли все эти люди

— Хен, — лукаво тянет Феликс, настойчиво тыкая в свою щеку указательным пальцем, — не хочешь повторить?

О дурацких красных бумажках, которые Чанбин ненавидит всеми фибрами души. Стикерами называются, ну, знаете, такие маленькие цветные кусочки бумаги с липучим краешком. Вот о них самых.

Короткий сказ о том, как в общежитии отключили отопление.

На грани слышимости «Со Чанбин» куда-то в ухо, и вот его уже грубо тянут за собой, сжимая запястье.

Со Чанбин—репер в клубе своего друга. Однажды, выступая на сцене, он замечает светловолосого паренька, которому явно не нравились шум и толпа. Интересно, что он забыл в клубе? И почему так привлёк внимание Чанбина?

У Феликса в рюкзаке всегда яркие краски и альбом. У Чанбина в кармане зажигалка, а на плечах груз проблем.

Феликсу, вообще-то, работать нужно, а не пялиться откровенно на всяких накаченных волейболистов.

Чанбин понимает, что одержим Феликсом на сорок шестой день после прихода австралийца в их группу. Джисон ржет над ним, постоянно нарочито громко кричит имя Ли, чтобы тот точно услышал в шумном коридоре, а потом покупает другу мороженное, чтобы Со вдруг не умер от передоза Феликса Ли в его жизни. Чанбин никогда не подойдет первым, потому что Ли - идеальный. Не заслуживающий темного и депрессивного Со. Прекрасный и недоступный.

— Дай мне ещё десять минут, — Феликс подаётся назад, немного отстраняя Чанбина, — мясо нужно хорошенько прожарить. — Я бы здесь прожарил кое-кого другого.

Что делать, когда ты не знаешь, что подарить своему хёну на день рождения? А что делать, когда это твой ЛЮБИМЫЙ хён?

Феликс любил своего хёна. Он любил его вкус в фильмах и играх. Он часто приходит в соседний дом порубиться в приставку, а ещё часто берёт почитать мангу. Хён, конечно, никогда не был против, да и Ли уже не спрашивал. До того момента, пока в руках младшего не оказалась манхва с очень странной обложкой.

–Воу, что за х... –Какого чёрта, чувак? Смотри, куда едешь!

Чанбин — первый во всём у Феликса. Он всегда был рядом с ним, и Феликс не мог просить об ещё более лучшем друге.