Дилюк ревнует.

По Мондштадту ходят разные слухи. Самые неверные из них касаются мастера Дилюка и сэра Кэйи.

— Да как мы только умудрились так друг друга измучить?

Дилюку шестнадцать, и он безнадёжно влюблён в своего названого брата.

Пускай этот огонь сожжёт его дотла и уничтожит изнутри. Он совсем не будет против. Он это заслужил.

Итэр однажды сказал, что никогда не видел сэра Кэйю пьяным. Розария подумала: "И слава Архонтам".

Кли рисует цветными мелками Мондштадт: раскрашивает деревья зелёным, небо - синим, а людей окрашивает красным.

Вовремя рассказывайте людям о том, что такое секс, а то этим займется шеститысячилетний Властелин Камня

Что если все в Ли Юэ знают своего архонта в лицо? И что будет чувствовать Тарталья, которого все называют "Жених Властелина Камня"?

Впервые это происходит через двадцать три дня после того, как Дилюк исчезает из Мондштадта. Где-то на другом краю мира Кэйа крепко затягивается сигаретой, кляня Каэнри'ах на чем свет стоит, и обещает себе никогда не испытывать «собственную» физическую боль — у Дилюка и своей более чем достаточно.

Немного жаркого секса еще ни одному богу не помешало.

Разве краснеть – тоже безумие? В этом чайном доме не говорят – здесь прикасаются. Здесь не едят – разве что друг друга. Здесь не боятся – только если неизведанного. "Только две ночи и больше никогда" – таков девиз закрытого клуба. Кэйа, повертев чёрную карточку между подрагивающими пальцами, ухмыльнулся. Он ничего не ждал от этой ночи. А спустя пять часов, раздетый, мокрый и связанный у окна, он возненавидит эти слова: – Какого... ты творишь? – Мщу, – тяжело дыша, прохрипел Дилюк.

Дилюк задумчиво натирает изящный хрупкий стеклянный бокал для шампанского, устало вздыхает и едва слышит где-то на задворках сознания лёгкий запах свежести смешанной с водянисто-травяным, чем-то смутно знакомым, но невероятно мягким, родным. Откуда она — нежная озëрная лилия? 9.08.22 upd под письма с ивента.

— Ой, мастер Дилюк, так вы помолвлены? Поздравляю вас! — искренне радовалась Люмин. — Кто она? Красивая, наверное? Тоже благородных кровей? Мы её знаем? — без остановки сыпала вопросами Паймон. И только Дилюк смотрел на бокал, выскользнувший из рук, и думал: «да, Паймон, вы «её» знаете. Кстати, сэра Кэйю не видели? Надо сообщить ему о нашей с ним помолвке».

Сборник драбблов, вдохновлённых красотой шекспировских сонетов.

Кэйа Альберих не любит Дилюка Рагнвиндра.

"Приятно, когда о твоем хвостике кто-то заботится". Горо проверяет на практике слова Яэ Мико.

«Да, я ухаживал за тобой, — Чжун Ли усмехается. — Мне было интересно, как скоро ты это заметишь». Кажется, все вокруг знают, что Чайльд и Чжун Ли встречаются. Все, кроме самого Чайльда.

Всё не так уж плохо, если есть кому придержать тебе волосы, пока тебя тошнит от вина.

После очередного обеда с Кави компания решает поспорить, когда они с Аль-Хайтамом наконец сойдутся. «Три месяца. Десять тысяч моры», – делает свою ставку Сайно. «Всего три? Восемь, – ухмыляется Дэхья, – та же сумма». «Два года и десять монет моры?..» – подаёт голос Коллеи. «Тоже десять тысяч, а вот срок... – Тигнари нанизывает очередной гриб на вилку. – Примерно никогда».