AU, в которой Антон уже задрал всех своих друзей нытьем по поводу больной спины, так что они скидываются ему на абонемент в фитнес-клуб и заодно на курс массажа. Арсений работает массажистом, носит кроксы, глупо шутит и совершенно очаровывает Антона. Проблема только в том, что Арс — профессионал, так что вместо эротического Антон получает настоящий лечебный, очень болезненный массаж.

– Доверите ли вы Арсению Сергеевичу право целиком и полностью руководить встречей? Нет. Полное нет, безоговорочное. Как бы Антон ни любил деньги, свою жизнь он ценит больше – мало ли что взбредёт в голову этому извращуге. Но азарт, чёрт возьми, берёт своё: хочется проверить на стойкость и этого клиента, и себя. Антон готов поставить собственный новый айфон на то, что он не будет впечатлён этой ночью. Его несчетное количество раз пытались поразить, и всё безрезультатно. – Да.

— Кончал так со своим кавалером? — спрашивает Арс, оторвавшись от губ напротив. — А это важно? Не думаю, что ещё раз появлюсь здесь, — Антон еле находит в себе силы связать слова в предложения. — А жаль. У тебя максимально нереализованный потенциал бляди.

Арсений ухмыляется тому, что состав подштанников у них одинаковый. И у того, и у другого ноги обтянуты смесью полиэстера и эластана, только вот у Попова под джинсами термобельё, а у Шастуна под мешковатыми штанами — колготки в сетку.

Арсения ведёт. Не столько от лёгких ласк, сколько от покорного вида Шастуна. Антону нравится, когда его используют как подобие дорогой и качественной игрушки для удовлетворения, Антону нравится чувствовать себя чуть ли не проституткой с трассы; а Арсению до кипящей внутри лавы нравится это в Антоне.

Ловить возбуждение от чужого запаха — странно. Кайфовать от того, как интересно раскрывается пирамида аромата на коже человека, от которого и так крышу сносит — только успевай ловить, тоже не входит в понятие «нормы» для Антона. Но от этого же ещё слаще, разве нет? Особенно если вспомнить, что ни на какие другие запахи Антон так не реагирует. И член Антона тоже не реагирует. Но Арсений и его запах — определённо новый уровень крышесноса. На него реагирует всё.

AU, в котором Антон работает массажистом, а Арсений становится его постоянным клиентом, наслаждаясь движениями этих утонченных кистей. Во время очередного сеанса он в шутку предлагает Антону сделать ему эротический массаж, на что юноша, робея, соглашается, не распознав шутки. Мужчина с интересом принимает условия игры, которая, кажется, зашла слишком далеко...

— Я могу разложиться на столе? — Что? — Я спрашиваю, могу ли я разложить свои вещи на столе, — с очень, сука, скользкой улыбкой повторяет парень, пока Шастун заливается краской с головы до пят. AU! Антон и Ира в браке, Арсений - брат Иры и порноактер, который переезжает в Москву и на время останавливается у них дома.

— Штаны снимайте, или вам помочь? — Арсений смотрит выжидающе и взгляда не отводит, поэтому Антону ничего не остается, кроме как медленно стянуть с себя джинсы, оставаясь в одних боксерах с изображением конопли. Так некстати он решил надеть их сегодня. Возможно Арсений Попов мог удовлетвориться и этим, ведь запретное найдено, но, кажется, тот не удовлетворился, потому как лишь тяжело вздыхает, качая головой. — Трусы тоже снимайте.

AU, в котором Арсений - бармен, а Антон пришел выпить сюда после проваленной сессии, и еще полчаса пытается доказать мужчине, что ему есть восемнадцать.

То, что называется давкой в метро, в ночных клубах считается приятной близостью. Только вот для ночного клуба место не то, да и утро понедельника совсем не располагает к веселью. Народу, как кильки в банке. Зажимают, толкают, лениво переругиваются, но терпят, ведь другого выхода и нет. Стоячие завидуют сидячим, сидячие вообще делают вид, что в вагоне они одни… Кто-то просто спит с плеером в ушах или делает вид, что спит, закрыв глаза и никого не видя.

В какой момент все пошло не так, Антон, похоже, пропустил, потому что после Пашиных бесчисленных «меняй» Арсений начал уж как-то слишком активно изображать половой акт, а Антон начал орать как чайка речная. — Меняй, — воскликнул Воля Арсению, и Антон почувствовал, как мужская рука обвилась вокруг его талии, а затем потянула назад, прижимая его как можно ближе к предполагаемому партнеру. — Оу, — воскликнул Шастун и скосил глаза на мужскую ладонь, обхватывающую его торс.

— Так, ладно, допустим, красиво. Почему радуга, Шастун? Что за пропаганда ЛГБТ? — Да никакая не пропаганда. Он реально пидор. Они там все такие в правительстве. — Шастун, — рыкнул старший лейтенант, и парень вздрогнул. — Ну радуга же яркая, красивая. Если вам не нравится, я могу в следующий раз что-то другое нарисовать.

— Простите, я вас не сильно? — произнес высокий парень, безуспешно пытаясь протиснуть свой зад мимо попутчика. — Э-э-э, нет. Что вы, что вы! — откашлялся мужчина, в пах которого вжался упругий зад, обтянутый модными джинсами. — Секундочку, я уже почти, — вновь оглядываясь, улыбнулся парень, протискивая и себя, и дорожную сумку. В этот момент вагон тряхнуло, и сильная рука, видимо, инстинктивно обхватила стоящего впереди за талию, прижимая к себе покрепче.

— Девушка, футболочку заказы…вали, — Арсений, сияя, произносил эту фразу, пока открывалась дверь, а затем улыбка сползла с его лица. В дверях стоял Шастун в белой майке и синих бриджах, тонкие худые руки, унизанные браслетами, скрещены на груди, а сам импровизатор улыбался. — Твою мать, — прошептал Арсений и взглянул на номер двери. — Шаст, что за… я что, задумался и уехал в Воронеж? — Попов выдохнул, все еще не понимая происходящего.

Автобус тронулся в путь, очень скоро все заняли свои места. Ещё некоторое время продолжались тихие разговоры и подколы, но и они начали затихать. В автобусе выключили свет. Все это время сердце Антона норовило выпрыгнуть из груди и убежать так как взгляд Арсения буквально жег затылок, и отдавал в позвоночник легким покалыванием. Неужели он полезет к нему, когда вокруг полно народу. Хотя это же Попов и этим все сказано.

— Привет, — раздалось через мгновение из динамиков, и Антон понял, что это адресовано ему; мужчина, сидящий по ту сторону экрана, поздоровался с ним, а затем надел на глаза очки в темной оправе. — Привет, — произнес нерешительно в ответ. — Как тебя зовут? — Антон, — парень улыбнулся. — А вас? — Арсений, Арс, и давай на ты. — Хорошо. — Чем занимаешься, Антон, в пятницу вечером, скучаешь? — голос собеседника приобрел игривый тон, и Шастун хмыкнул. — Типа того.

— Здравствуйте, вы дозвонились на горячую линию, мы готовы исполнить любое ваше желание, — раздался в мембране красивый ровный голос незнакомого мужчины, и высокий парень замер, сжимая в руке телефонную трубку. — Меня зовут Арсений, а как обращаться к вам?

Уже сидя в самолете Антон делал селфи, а затем на свое место прошел Арсений. В какой-то момент импровизатор обернулся и слегка подался вперед. У Антона сложилось впечатление, что он хочет его поцеловать, и парень слегка отпрянул, но темноволосый мужчина, не отрывая взгляда от зеленых глаз, всего лишь защелкнул на нем ремни безопасности. — Вот так-то лучше, — Арсений улыбнулся, и в одно мгновение заснял их двоих на камеру.

— Добрый день, — красивая девушка в зеленом платье с золотистыми волосами до плеч обратила на него внимание как только он вошел в вертящуюся дверь салона, так что бежать было уже поздно. Да и куда бежать, все-таки массажный салон, безобидное на первый взгляд учреждение. Кремовые стены, мягкие диваны, приглушенный свет, плазма на стене, небольшой бар с напитками, извилистые коридоры, уходящие куда-то в святая святых.