Кастиэль слышит молитву Дина на свалке автомобилей и идёт на риск, чтобы показать ему, что Голод ошибался, говоря, что его душа сломана, а именно - касается его души своей благодатью

Дин разобрался со своей проблемой: имя, написанное у него на руке, никто не мог прочитать потому, что это вообще не было именем. Это была просто строчка бессмысленной тарабарщины. У него не было пары.

Когда-то давно – в жизни до апокалипсиса – отец действительно любил его мать. Когда-то давно – вечность назад – его отец был человеком.

У давно потерявшего жену охотника есть только одна отдушина.

Дин — слабый. Дин — безрассудный. Дин — не идеальный из-за своей привязанности.

Сэм понятия не имеет, что Дин и Кас вместе. Дин понятия не имеет, что Сэм понятия не имеет – он что, слепой?

Дин рывком просыпается. Вокруг темно. Теперь его постоянно окружает бесконечная тьма, и хуже всего то, что он каждый раз об этом забывает.

Дин — уборщик в ресторане быстрого питания. Кас — президент Соединённых Штатов Америки.

Дин глубоко вздохнул, посмотрев помутневшим от слез взглядом на небо в последний раз. Но, эй, его скоро скинут на дно океана, ему можно поплакать, черт возьми. Вот он - худший момент в его жизни. Однако... Другими словами, Дин и Кас застряли в гробу Малака навечно. Что могло пойти не так?

«У меня нет мамы. У меня есть Дин».

И ладно, может быть, цветы это нормально. Может быть, Дину нравятся подарки от Каса. Может быть, ему нравится просыпаться и видеть их по утрам. Он никому не рассказывает. Это, черт возьми, никого и не касается.

Кас предлагает Дину пожениться, а тот не может найти ни одной причины сказать нет.

– Это твоё сознание Кастиэль. Это твои желания и мысли. Я вижу их, я знаю их, каждую. Тебе ничего от меня не спрятать.

Адам готов был отдать всё, лишь бы забыть даже само его имя, и в то же время до смерти страшился потерять из памяти хотя бы малейшую деталь. И почти каждое утро просыпался в слезах, с призраком его имени на губах.

После смерти Адама у Михаила никого не осталось.

Я не солгу тебе, Михаил. Я не солгу тебе, Адам

Михаила ведь разорвало на куски. Раздробило и разбросало частицы по всему свету, саму его суть уничтожило. Джек его воскресил, и хотя технически Михаил вновь стал цельным, но шрамы останутся навсегда, как физические, так и ментальные. Адам — врач, кому как не ему это понимать.

Если это история, то они написали её вместе. История со счастливым концом. История, какую Чак с его бесконечными черновиками никогда бы не смог создать. Их история — это история любви.

Клетка открывается вместе с остальным адом по воле Чака, и Адам с Михаилом выбираются на свет. Разум и тело Михаила практически полностью уничтожены тысячелетней агонией. Он покорно следует за Адамом, который жаждет лишь насилия.

— А твоя истинная форма может так? Михаил, смотрящий с ним Мстителей, поворачивает голову, чтобы посмотреть на него. Его выражение лица из разряда «на что, черт возьми, я смотрю?», и Адаму хочется смеяться до тех пор, пока он не заплачет. — Как? — Вот так, — Адам кивает на экран, где Брюс Бэннер превращается в гигантского зеленого монстра. — Я не имею в виду часть с позеленением. Но можете ли вы, не знаю, менять формы? Или Адам и Михаил познают жизнь вне Клетки. Это не так плохо, как они думали.