арсений спрашивает его тихо, наклоняется вперёд, и кажется, что этот момент будет очень важным, антон это в кончиках своих пальцах ощущает, они покалывают. и, наверное, не стоит отвечать с горяча, надо подумать. надо расчетливо, чтобы ничего лишнего не сказать. но вот только арсений действует на него магическим образом - ему почти невозможно врать, когда он смотрит так открыто.

Антон подходит к распластанному по полу Арсению, игнорируя желание покурить – выработанная привычка идти за сигаретами, когда тревожная паника не становится творожным панкейком сама по себе. Впереди три игры, путь до отеля, завтра – бесконечность монотонных часов дороги. Но сейчас не время для тягостных вздохов о сворачивающей внутренности усталости. [ау, где Арсения роняют в куклах; по заявке 1.404 на сторифест]

Просто семь дней перед Новым годом, когда Антон приходит к Арсению.

Словно вовсе не Она сейчас слишком многое увидела. Будто это Она в чем-то личном призналась случайно. Молча открывает телефон, заходит в Твиттер и пишет короткое, но кричащее: Они любят. Друг друга. Понимаете? Твит останется без тысяч лайков и просмотров, он останется где-то на окраине твиттера, такой пустой и не значимый. Когда-нибудь Они догадаются, кто-то увидит, кто-то заподозрит, кто-то поймет. Но главное — счастье любит тишину. |Au(нет?), где они – любят. А люди – видят. Не все.|

— Как Новый год встретишь, так его и проведёшь, — то ли стонет, то ли шипит Арсений, хватаясь за простынь слишком цепко, сминая ту в кулаке — зря стелили, получается. — Я не хочу провести весь год с языком в жопе, — шепчет ответ, что иронично, как раз именно туда, после поднимаясь и целуя куда-то в лопатку. — Дурачина. // импрореал о том, как Антон с Арсением планировали праздновать Новый год.

По перевранной заявке с первого тура кинк-феста: Антон учится говорить комплименты

[ небольшая зарисовка о том, что могло бы произойти после эфира ЧМ на диване между Арсом и Шастом]

Перед глазами чёрное ничего, и Арсений сосредотачивается на этом: на шершавом языке, на пылающих пальцах, на нежных поцелуях; Антоновы мысли абсолютно прослеживаются во всём. В том, как он касается, как бережно чертит линии на коже, как кусается даже — мягко, с чувством, с толком. У Арсения в груди чешется сильно. или ау, в которой Антон связывает Арсения, но всё обоюдно.

– Так ты целовался с мужчинами раньше? – Нет, – решительно отозвался Арс и снова уткнулся в телефон. – А я тебе не верю, – прозвучало с вызовом. Более тяжелого вздоха, чем сейчас изобразил Арс, не смог бы издать никто.

Арс стоит в ванной, сжимая горло одной рукой, чуть запрокидывая голову. Фотография почти невинная - могла бы быть, если бы не чёртовы ремни портупеи, поверх которых надета рубашка с его плеча - и тела, а значит, она сейчас пахнет и Антоном, и Арсением, и у Шастуна едет крыша

Что было в голове Антона на осенних съемках истории "Притворись моей" и к чему это привело

Как парни встречали новый год в 2021, и как в 2022. Всё ещё вместе

Все это сильно осложняется тем, что им скоро ехать в тур: количество часов, проведённых вместе, а иногда и совсем наедине, станет зашкаливающе огромным, а Шастун вряд ли откажется от своей привычки все тащить в рот. Почему он это делает и почему это так Арсения волнует — это уже второй и третий вопрос. Первым все ещё остаётся: «И что, блять, со всем этим делать?». >Антон тащит в рот всё, что не приколочено, Арсений хочет затащить Антона в постель

На протяжении долгого времени они были вместе. Шли к успеху, спотыкаясь об отказы и неудачи. Радовались победам. Развивались всё сильнее. И также, вместе, смогли всё завершить. Но что за чувство терзает Антона сейчас? И кто поможет ему справиться с самим собой?

Антон пишет, что соскучился и устал, а ещё — что хочет поговорить прям вот сейчас, и Арсений усаживается на кровати: он уже почти заснул, с утра опять съёмочный день, но гримёры с его мешками под глазами справятся, а он со скучающим Шастуном — не факт. >про ощущение тепла, когда любишь ты и любят тебя

Арсению тошно. Он перестает выдерживать сам себя, даже не клеит на себя никаких масок - так ему хреново внутри, что они не держатся. Ему начинает казаться, что это кризис среднего возраста, что это депрессия, или биполярное расстройство, или тревожное расстройство, или что-то не так с ним в целом, и он решает, что спрятаться от всех - и от себя тоже - будет наиболее правильным решением. что-то о поддержке, снова

— Look at me, Антош, – заглядывая в изумрудные глаза, которые напоминали взгляд хищной кошки, плавно говорил Арсений. — Я люблю тебя так же, как и твоё творчество. Не знаю, почему люди до сих пор не заметили твоих стараний. Но, поверь, всему своё время. Ты ещё выстрелишь. А пока, я твой главный фанат, мой haSnuts.

Антон не страдает раздвоением личности, однако Hasnuts — это кардинально другое, нечто смелое и откровенное, твёрдо стоящее на своём, бесстрашно вступающее с миром в полемику, в спор об уже устоявшемся, обществом принятом. Это — его протест. Это — его нутро, самые потаённые и скрытые от глаз его уголки, самые неожиданные его грани.

Это такое простое, такое верное. Такое громкое для Антона. Антон в ужасе от себя, но чувствует, что это оно самое. Всегда было рядом, только вытяни руки и коснись пальцами. Эти синющие глаза – тот самый смысл.

" — Ох, а не прямо ли здесь нам отметить наш триумф? — улыбнулся Шаст, и на его щеках появились невероятно милые ямочки. Арсений хочет к ним прикоснуться, возможно, поцеловать каждую по очереди, но вовремя спохватывается. Нельзя. Этот человек не для него. И это больно." Шокеры. 6 сезон/30 выпуск