Самый настоящий айсберг, кусок льда, который так отчаянно пытается согреть холодный огонь.

Тяжелые цепи с глухим звоном стукнулись о пол. Утерянная возможность разбилась в дребезги, стоило понять, к чему это все приведет. Открывшиеся перспективы ужасали, но мешали сделать хоть что-то, чтобы остановить все это. Может из того и могло выйти что-то стоящее, опомнись он раньше. Хоть немного. –Теперь ты принадлежишь только мне. – Пугающая ухмылка расцвела на лице парня.

— Ты обманул меня! — Форд снова вернулся в тот мир. — Но, но, но, дорогуша! Не забывай! Мы сделку заключили! Теперь ты обязан мне! — Я обрываю сделку, Билл! — Ты, жалкий человечишка! Ты еще пожалеешь об этом! Когда у тебя появится дорогой тебе человек, я приду и так же подло отберу его у тебя! — Погоди… Что? Билл был в ярости.

Он не сбегал из дома, его выкрали, а тот кто это сделал навсегда останется гнить в сыром подвале своего же старого особняка.

Уилл - милый, ласковый, капризный, по-детски наивный и по уши втрескавшийся в свою параллель.

Он помнит тот **последний миг**, как будто это было вчера. Только вот с того дня прошло уже добрых три года, а чувство опустошённости всё не покидает его душу, а по ночам ему чудится **его** голос и призрачные касания **его** холодных ладоней, которые, кажется, были холодны всегда, несмотря даже на тёплую погоду и солнце.

Сборник драбблов.

В глубине души Уилл знал, что однажды этот день настанет. Всё произойдёт неожиданно, разделившись на "до" и тёмное, страшное, больное "после".

Глифул с 15 лет пуст, одинок и неприкаян. Его больные голубые глаза режут мысли, словно раскаленный нож по маслу, заставляя думать только о нем. Биллу уже за 20, он любит пьесы Гоголя, звуки клавесина и запах керосина.

Сколько лет Уилл в этом персональном аду? Он не знает, но за это время никто ни разу не проявлял к нему ласки, это уж точно. Единственными его собеседниками были лишь Пайнсы, которые разве что отдавали приказы или говорили, даже тыкали, как собачонке, на его ошибки.

Он был демоном разума, но стал пленником тех, кому доверился. Боль, предательство и зависимость переплелись в его новой реальности, где даже любовь к палачу становится цепью. Когда иллюзии рушатся, ему предстоит выбрать: свобода или тот, кто её отнял.

В пересечениях вселенных один нашёл другого. На далёкой планете, "почти-такой-же-как-Земля", в холодном свете потустороннего неона и жарком дыхании космоса, опаляющем сетчатку и треплющем седые волосы. Нашёл — сгубил — неизменный порядок вещей, константа вечного мучения человечества.

Диппер ненавидит Уилла Сайфера. Это звонкое и тягучее чувство не оставляет его ни на минуту и загорается с новой силой, когда он видит постное лицо демона.

— Сегодня я должен был улыбаться на протяжении трёх часов... — Всё закончилось. — Они все идиоты... — Все они. — Я ненавижу их... — Я знаю.

Уилл смотрит на свои руки, и где-то на краю сознания слабо мелькает мысль, что одно неловкое движение — и они рассыпятся на сотни осколков льда. Мелкое крошево упадёт к ногам, а на губах взыграет тоскливая улыбка - ведь ему нет дела до его рук. В груди тошнотворно пусто и больше нет того огонька, согревающего нутро. Нет того тихого стука о рёбра и в ушах, ставшего уже привычным и чем-то даже необходимым за последние годы.

Позже я думал, что если воля твоя направляет течение твоей жизни, как считал он, именно эти мысли стали первым комом земли в его свежевырытую могилу.

Кто бы мог подумать, что некогда могущественный демон, сейчас будет сидеть на коленях перед шестнадцатилетним парнем весь в крови и садинах, смотря на того снизу вверх, столь преданным взглядом, что парню хочется лишь сильнее подразнить и помучить падшего демона. Эта любовь, – любовью не является. Это гораздо более глубокие чувства, – убийца и жертва, демон и человек, садист и мазохист. В их отношениях каждого всё устраивает. И пусть другие слышат ночами лишь крики... Эта боль, их страсть.

На самом деле они были безумно похожи, и потому мужчина даже слишком хорошо понимал его мотивы. Он понимал, что надо видеть угрозу в этом мальчишке, что тот неприменно попытается однажды избавиться от него, как молодой и агрессивный волк в стае попытался бы избавиться от своего более старого, но более властного вождя-собрата. Таков закон природы.

Здесь становилось душно, лёгкие сжимались при каждом вдохе, живот скручивался в тугой узел и Сайфер бы отдал целый палец за камеру, чтобы запечатлеть этот момент. Их слишком сильно тянуло друг к другу. Настолько сильно, что ни один не осмеливался это признать.

- Вы смущаетесь? – Пронзил его взглядом догадливый Сайфер и даже удивился, когда его слишком болтливый рот заткнули чужие, тёплые ладони.