Чжун Ли хмыкает, скользя пальцами по обнажённой спине, вдоль хребта, и Тарталье кажется, он сейчас ему всё нахрен сломает. Тарталья благоговейно дрожит от этой мысли.

Потому что, черт возьми, Чайлд никому не расскажет, что хочет переспать с другом своей крестной, который был достаточно взрослым, чтобы годиться ему в отцы. …и это все вообще ни хрена не объясняет, его осознание того, что с него стянули штаны, его пальцы впиваются в лацканы вне сомнений дорогого костюма, а его дырка раскрыта членом вышеупомянутого мужчины на заднем сидении его же Мерседеса.

За всю свою долгую жизнь Чжун Ли понял, что умение грамотно воспользоваться ситуацией, подкинутой судьбой, - залог успеха в любом деле. Чайлд, в свою очередь, понял, что долги бывают не только денежными.

> > — Что ты только что сказал? > Спрашиваю, хотя сам надеюсь, что мне послышалось, или меня глючит, а вообще он просто пошутил. Но, по вселенской несправедливости, Змий всё не прекращает улыбаться, только теперь эта улыбка уже нисколечки не милая, она до Бездны хитрющая. > — Ты меня услышал, — говорит и, подхватив под колени, раздвигает мои ноги, пристраиваясь между них: — Я сверху, ты — снизу.

Когда Царица отдала Тарталье приказ отдохнуть и обзавестись отношениями, он даже не предполагал, что советы Гео Архонта выльются в... это.

Нравится проявлять покорность, Тарталья? В желании снять ответственность и отдаться партнёру нет ничего плохого. Если ты хочешь этого, нужно мне сказать.

Все ошибаются. Почему же только Чайльду так дорого обходятся его ошибки?

Гань Юй замечает это случайно. Впервые за многие годы Моракс кажется слишком уставшим.

Тарталья – лжец, воспитанный в суровом холоде Снежной. Как жаль, что Чжун Ли жил на этом свете больше, а обманывает искусней.

Прости, Гуй Чжун, но отныне его покой — сгорать до тла в пучине страсти и любви.

Тарталья даже и не понял, как оказался лежащим под Чжун Ли и выгибающимся под его горячими руками, медленно спускающимися ниже и ниже. В один момент они переругивались, а в следующий...

Во время последней войны Царица заключает контракт с Мораксом и высылает Аякса в Лиюэ обучать новобранцев и делиться опытом с армией императора. Знает ли она, что у дракона зоркий глаз, а Аякс сумеет привлечь внимание древнего Бога? Да, она определённо понимает, в чём нуждаются дракон и её воинственный сын. // AU, где супружество — побочное проявление любви. //

Ярость застилает Чжунли глаза, заставляя сминать документы, менять очередную пару перчаток, потому что когти грубо прорывают ткань, и много молчать, чтобы не обнажить острые клыки. Такого не было вот уже несколько тысяч лет, и всё потому, что Тарталья ему не принадлежит. Пока что.

— Красные нити могут видеть только те существа, что достигли просветления и мудрости, которые взяли верх над своим животным началом и познали истины своей бессмертной души, — завуалированно рассказывает Яэ, легко обмахиваясь своим хвостом. Полдень в разгаре; жара стоит неимоверная. И вместо того чтобы до ужаса побледнеть и испугаться, что его судьба — настоящий Дракон, Аякс возмущённо восклицает: — Это я что, значит, недостаточно умный?! Это Вы меня тупым сейчас назвали?

"Омега!Чайлд, у которого какой-то невнятный и неидентифицируемый запах, по поводу которого он уже трижды забил и просто живет, и Чжун Ли, который вдруг понял, что его новый знакомый пахнет как полный набор традиционных подношений Гео Архонту."

Нелепый случай, портящий их вечернюю прогулку по берегу моря, дарует Тарталье удивительную возможность познакомиться с «Чжун Ли» снова.

Близость телесная.

В планах Тартальи не значилось посещение крепости Меропид во время его путешествия в Фонтейн, но раз уж он здесь оказался... Можно выяснить, что это за тайные правила, одно из которых запрещает нелестно отзываться о верховном судье, как незаметно сбежать из тюрьмы и, наконец, почему вода слушается герцога, у которого уже есть крио Глаз Бога. Или — Тарталья проводит расследование, и с его лёгкой руки вся крепость Меропид узнаёт, что их герцог долгое время ухаживает за месье Нёвиллетом.

Почти ощущая у себя во рту вкус предстоящей аппетитной еды, Тарталья никак не мог предположить, что, придя домой к Чжун Ли на их совместный ужин, самому Чайлду придётся взять на себя роль главного блюда.

Властелинам доступно все, что они пожелают. Таков закон.