Люцерис потерял не только дракона. Эймонд же обрёл то, что никогда не мечтал обрести.

Странная обсессия Эймонда, проницательность Эйгона и дерзкий Люк. Альтернативный Штормовой Предел.

Королю Визерису стало лучше, зеленый совет и танец драконов не состоялись. Рейнира с семейством остались погостить на некоторое время и поработать над укреплением родственных связей. А Эймонд и Люцерис очень ответственно относятся к совместным тренировкам)

Тварь. Ублюдок. Бастард. Мерзость. Отродье. Идиот. Маленький сучёныш. Сын шлюхи. Одна из причина, по которой Эймонд ещё не сошёл с ума. Люцерис, Люцерис, Люцерис, Люцерис, Люцерис, Люцерис, Люцерис, мальчик которого он убил, мужчина, который им обладал, мужчина, которым обладал он, Люцерис, Люцерис, Люцерис.

— Я не собираюсь предавать своего короля, — сказал Эймонд тихо. Люк вздрогнул. — Я не собираюсь предавать свою королеву, — ответил он шепотом, и в носу у него защипало.

Альтернативное развитие событий, и у Люка с Эймондом больше времени, чтобы разобраться в сложных отношениях. Никакого особого сюжета, просто несколько разных сцен

Серия зарисовок, которые писала по мере вдохновения. Возможно, будет пополнятся

Люк застукал дядю и брата и не смог выкинуть их из головы

Люк вырос. У Эймонда с этим куча проблем.

Неизвестная болезнь поразила драконов, и только древняя валирийская магия может их спасти. В опасное путешествие отправляются давние враги

– Ты наш гость, – пророкотал Эймонд, и их лица оказались так близко, что Люк почувствовал дыхание на своей коже. – Я ваш заложник, – огрызнулся Люцерис. // Во время войны за Железный трон Эймонд берет Люцериса в плен и привозит в Красную гавань. А еще Эймонд считает, что Люку очень идет зеленый.

О неслучайных ночных встречах и обсидиановых глазах.

— Я ненавижу тебя — говорит он, но в словах его мало яда. Люцерис устал, желание бороться в нем угасло. Арракс мертв. Он — не более чем военный трофей. Его мать наверняка бы расплакалась, если бы могла увидеть его сейчас. Люцерис выживает в битве над Заливом Разбитых Кораблей. Вместо этого его берут в плен.

При встрече в Штормовом Пределе лорд Боррос Баратеон приглашает Люцериса и Эймонда остаться в замке на ночь, не давая отправиться в бурю по домам // или история о том, что при встрече их связывает нечто большее, чем ненависть и отнятый глаз.

Эймонд Таргариен не вступает в схватку с племянником в Штормовом Пределе, меняя значимую веху истории. Что-то, однако, остается неизменным - непреодолимое желание обладать стронговскими глазами никуда не исчезает.

Эймонд безуспешно борется с влечением к племяннику, а Люцерис маячит постоянным соблазном

Их влечение друг к другу, спустя годы после потери глаза, Эймонд не хочет делать чем-то большим, чем грязным секретом. Это просто острые ощущения от запретности, когда он протягивает своему симпатичному племяннику крепкую руку, в которой тот нуждается, а сам получает приятную выгоду от этого.

Люк чувствовал себя пойманным, и это касалось не только его тела. Эймонд поймал его в ловушку, которую так долго для него подготавливал. Эта мысль веселила принца — он не хотел от него ничего. Он не хотел драки, и Люцериса он тоже не хотел. Видеть. Находиться рядом с ним. Чувствовать под пальцами ядовитую бастардову плоть. Но как и многие яды, этот вызывал пристрастие, действовал как маковое молоко, затмевая рассудок, которым Эймонд похвастаться не мог уже очень давно, если и вовсе когда-то мог.

С возрастом Люк начинает понимать некоторые вещи, а Эймонд ненавидит его уже скорее по привычке, чем на самом деле.

Люк осторожно кончиками пальцев убирает волосы со спины. Склоняется над ним, чтобы оставить невесомую цепочку поцелуев между лопаток, подушечками пальцев очертить их острые углы. Дыхание Эймонда все еще глубокое и редкое — спит. И пока он не проснулся и не взбрыкнул, Люцерис хочет урвать немного нежности для себя. Может быть, Эймонд ничего не чувствует, но ему самому до дрожи хочется этого.