Потеря любящей семьи, банкротство — одна за другой неудачи гнут шею юного светоча Кшахревара, вот-вот готовые сломить его некогда полный сил пылких дух. Возникший на пороге таверны некогда близкий человек делит идущую крахом жизнь Кавеха на «‎до» и «‎после». События сменяют друг друга, и один-единственный шаг отделяет Дендро Архонта от долгожданного спасения. Но чей таинственный голос начинает слышать аль-Хайтам, допустив в своём плане роковую ошибку?

Слишком много в их жизни было грубого секса. Сегодня аль-Хайтам, как и Кавех, тоже немножечко пьян и, по всей видимости, станет инициатором самого незабываемого секса в их жизни. Кто бы мог подумать, что нежность и ласка могут так возбуждать, а пьяные признания во время секса - сводить с ума и заставить Хайтама принять самое необдуманное решение в своей жизни. Пожалеет ли он об этом? Ох, уж это вряд ли...

AU, где Кавех — невероятно эмпатичный медиум, отрицающий существование порчи, сглаза и приворота, а Аль-Хайтам — очень душный чернокнижник, проводящий ритуалы по линеечке. За всем этим наблюдают тысячи телезрителей, а еще несколько потусторонних существ.

После отъезда Кавеха в доме стало непривычно тихо. Его сосед и раньше уезжал в длительные рабочие поездки, и в это время Хайтам был абсолютно счастлив. Его никто не донимал посторонним шумом, утро начиналось с кофе, а не с ранней перебранки, а по вечерам воздух не наполнялся хмельными парами и не сотрясался от жалоб архитектора на очередного заказчика. Однако в этот раз что-то было иначе.

Кавех и Аль-Хайтам напились и решили обратиться к Малой властительнице Кусанали с просьбой благословить их брак, заключенный несколько лет назад.

На вкус Кавех как переспелый персик зайтун – сладкий-сладкий. Алый шёлк, струясь, стекает к их ногам.

«Неизвестно, сколько времени прошло, но вот разрозненные звуки сложились в имя. Это имя оказалось столь притягательным, что юноша невольно произнёс его вслух.»// попытка в преканон и любовь каветамов во времена академии, а также их сложное после

Кавех всю жизнь был, есть и будет — словно открытая книга. Бери и читай. Не суть важно, что книга эта, несмотря на то, что открыта, возможно, перевёрнута с ног на голову, вдобавок читается справа налево и, вероятно, написана на давно вымершем языке. Как хорошо, что Аль-Хайтам никогда не интересовался чем-то простым. Его всегда привлекали трудности.

Аль-Хайтам ненавидел проигрывать, а Кавех терпеть не мог, когда он снова и снова пригонял ему угробленные на очередных гонках тачки. Эта работа насквозь пропахла машинным маслом, жженой резиной и бензином. Но всё же и здесь есть место нежному аромату цветов.

Хайтам в ответ прижался плотнее, вдавил в стену теплом и весом, не прерывая поцелуй. Затем скользнул носом ниже, по подбородку — к уязвимо открытой шее. Уже почуяв тёплое дыхание на ней, Кавех понял, что дело плохо: список его слабых мест венчали шея и чёртов Хайтам, и лучше им было не встречаться в одном пространстве.

Меньше всего аль-Хайтам ожидал обнаружить на художественной выставке портрет самого себя в эстетике древнего Сумеру. И уж тем более не предполагал, какие чувства и воспоминания всколыхнёт в душе картина и образ её художника-солнца, с которым они явно (точно?) раньше не были знакомы. Но Кавех спрашивает: "Ты веришь в реинкарнацию?" и стойкому, полагающемуся на логику и доказательства рассудку приходится пройти долгий путь, чтобы ответить на этот вопрос.

Кавех заговаривает с первокурсником из скуки и милосердия - тихоня все время проводит в библиотеке и ни с кем не общается. Однако первокурсник оказывается немилосердным.

Говорят, нет ничего хуже не озвученных чувств. Хайтам убедился в этом на собственном опыте, позволив Кавеху уехать в Ли Юэ, в надежде, что чувства за это время утихнут. Когда же легендарный Светоч вернулся, Хайтам понял, как сильно ошибался. Чувства никуда не пропали, а с годами лишь усилились. В этот раз он свой шанс не упустил.

Выпей это, чтобы протрезветь. Пожалуйста, внимательно прочти прикрепленные мной файлы касательно нашего незапланированного полового контакта прошлой ночью. Думается, мною были подняты важные темы. Я не стану слушать твои дополнительные вопросы до 18:30, так что даже не пытайся.

Кавех прыснул в кулак, хитро улыбнулся, поставил колено на стул между ног Хайтама, горячо прошептал на ухо: «Хорошо, мой дорогой исполняющий обязанности Верховного Мудреца. Если увидишь, что я сплю в твоей футболке и с пером у кончиков волос, можешь делать со мной всё, что пожелаешь». А потом вскочил, помахал рукой и удалился, оставив сидеть с эрекцией и ворохом сомнительных материалов про сексуальные фетиши.

Аль-Хайтам вновь напомнил своему соседу о том, что тот задерживал оплату жилья за последний месяц. И чёрт бы побрал затуманенный алкоголем мозг Кавеха, ведь догадался же парень ляпнуть в ответ: "Возьмёшь натурой?".

Как правильно пишется?

Я уверен, что мы можем прийти к соглашению или написать контракт, который принёс бы нам обоим преимущества, - объяснил Кавех, активно жестикулируя своим пустым бокалом. - Вот как? Умоляю, скажи, Кавех, что мне даст этот наш фиктивный брак? - Ну, как минимум, ты будешь замужем за мной. Нет ответа. - И-и ещё есть налоговые льготы… Аль-Хайтам не выглядел впечатлённым.

— Спор есть спор, — говорит Хайтам, — станцуй для меня, Кавех//или история о том, как легко соблазнить неприступного альфу танцем наложника.

— Хм... Куда делись стаканы? — из кухни доносится приглушённый и задумчивый, так ставшим родным голос соседа. — Готов поклясться, что я оставил их здесь после того, как помыл... А, вот они где, — на счастливой ноте заканчивает тот свои поиски.