Россия обычный семнадцатилетний парень… ну как обычный: — Его отец нефтяной гигант. — У него IQ по разным оценкам от 200 до 255. — В свои 17 он совладелец одной крупной компании, специализирующейся на косметике, одежде, моделях. — С характером тоже есть свои проблемы… полное бесстыдство, без моральных идеалов, плевать на общественные нормы. Увы, но интеллект за 200 и его характер давали просто адскую смесь. Он часто отпускает пошлые шуточки, но СССР уже привык к этому демону.

Из-за этих блядских свечей Миша ощущает себя либо в дешёвом порно, либо в церкви (и он даже думать не хочет насколько грешно мыслить о пути к Богу в таком контексте).

Саша с самого начала удивлялся: откуда Пьер берёт время на всё? И поработать на благо Отечества, и с Лучиано общаться, несмотря на расстояние, и с Денисом контакт налаживать, пытаясь быть хорошим опекуном, и Сашу окружать любовью и втрахивать его в кровать до ещё долго болящей задницы... На его вопрос ответа нет и не может быть, поэтому Саше легче сказать: Пьер самый лучший.

— А что, если я всё-таки je t'aime?

Зачем разбил моё лицо? Зачем разбил моё прекрасное лицо? Я не хотел, я не хотел, я не хотел... Зачем сломал мне три ребра? Зачем сломал мне три ребра, ведь я был прав? Как я посмел, как я посмел, как я посмел... Зачем сказал ты мне слова? Жестокие, полные ярости слова? Это не я, это не я, это не я... "Созвездие отрезок - Лицо"

кривая дорожка, что привела на самое дно

Танцор медленно двигается под ласкающую слух мелодию, вытянув руки, поднимает их вверх, повернувшись боком к залу, и чуть повиливает тонкой задницей, соблазняюще кусая нижнюю губу. Проводит ладонью по боку и бедру, сжимает себя и, быстро повернувшись несколько раз, обхватывает вылезший из пола шест ногой и руками, повисает, ослепительно улыбаясь, и, вскакнув, запрыгивает, обнимая холодный шест, прижимаясь грудью. Дугар, облизывая подрагивающие губы, пропитавшиеся виски, отставляет стакан.

У каждого сильного положительного чувства есть своя противоположность. Для любви это ненависть, для удовольствия — боль. Но если эти понятия смешать, то получится такой коктейль, каким невозможно напиться, от бурности которого плавится мозг…

Настали тяжелые времена для России из-за халатности одного из городов - Санкт-Петербурга. Москва, как главный представитель страны, решает заключить сделку с Парижем, ценой которой будет честь и достоинство столицы России. Миша вынужден опуститься ниже своих принципов и моральных ценностей перед Парижем ради того, кого по-настоящему любит. Ради того, кто сквозь века стал для него всем. - А на что ты готов ради своего возлюбленного?

были разногласия, ссоры, да вот исчезли. А вы дети, не плутайте и вообще будьте осторожны в сибири при прогулке) Ну максимум зовите на помощь Колю. Пока писала возникла идея для, наверное, максимально странного и неожиданного пейринга. Да, ну если ебаться то всем)

— Я Шура. Шу-ра. Шура Думский, — раздражённо вздыхает, упираясь напряжённым взглядом в лицо финна. Вынимает сигарету из пачки, протягивает её. — Будешь? — Вэйно отрицательно качает головой, и Шура, усмехаясь, берёт её кончик в рот, пачку быстро засовывает обратно. — Огоньку не найдётся? — обращается вновь к Гельсингфорсу, насмешливо улыбаясь, наклоняется над столом, к финну поближе.

- М? - будто издевается Пьер, сразу почему-то не понимая Сашу. Саша ещё сильнее краснеет. - Я случайно сказал: "Люблю тебя", - немного помолчав, заговорил вновь Саша. - Ты ответил, что ты меня любишь. Это.. зачем было? Пьер резко поднимает взгляд. Саша задыхается почти, когда его ловят на эти голубые глаза. - Затем, что действительно je t'aime. //студ.ау: Саша - душный бедный студент, Михаил - богатая гнида, чуть не изнасиловавшая Романова.

История той самой свадебной фотографии.

Женя планировал просто прокатиться с Лешей, провести с ним время... Но тяга друг к другу после разлуки оказалась сильнее. Главное, чтобы этому ничего не помешало. Или никто... Ау без политики

Эссенция моей любви к Костику-боттому.

Красноярск поднимает голову и долго перекидывается с Дугаром недвусмысленными взглядами. И второй, сдавшись, тяжело вздыхает, вставая со своего места. Следом поднимается и Руслан. Победно ухмыляясь, он утягивает Константина за собой, попутно проговаривая: — Пошли с нами. Уж мы-то скрасим твоё одиночество. Обещаю, тебе понравится.

- Я тоже тебя люблю, - усмехается в эту прелестную улыбку на зацелованных до ранок губах. Обхватывает голову ладонями и прижимает к себе, беря инициативу, целуя в ответ, совсем не по-нежному, грубовато, жадно. - Саш... обещай покончить с наркотой, - выдыхает, не отстраняясь, прижимается лбом к потному лбу Шуры, закрыв глаза. - Обещаю, Миш, - тихо говорит Шура, и не видно объятому пламенем любви Михаилу пальцев, его любимых по-музыкальному тонких пальцев, скрещенных за спиной.

— А… кто вы? — хрипло спрашивает Саша, действительно не помнит, дрожит весь. — Я Миша, Сашенька, я твой Миша, — мужчина привстаёт, обнимает его за плечи, и от него веет таким нужным сейчас теплом. Он пахнет сандалом, кофе и уютом, Саша каким-то шестым чувством знает, что ему можно довериться, и доверяет: прижимается к чужим бёдрам, скрытым синим денимом, моргает, борясь со сном, сочащимся в веки благословением.

— Ты можешь меня… эм, придушить ещё раз? — Юра посмотрел на него своими чернющими глазами, и Костя почти углядел в них сдвиг по фазе. — Что сделать? — Придушить. Мне тогда понравилось, — произнес Юра, на коленях пододвигаясь к Уралову.

Юра был откровенно плохим другом жениха.