«Ты звал не того человека!..»

Тело Ши Цинсюаня смертно - и именно поэтому острая боль, цветущая в лёгких, кажется ему во сто крат сильнее обычной.

Я давно хотел написать фиксит по бифлифу, и вот я его написал) Чистый сборник моих хэдканонов о них. Ну и да, я считаю, что просто невозможно было оставить все так, как закончилось в новелле.

"Каждая их новая встреча похожа на балансирование на канате, каждый разговор — на несмелые шаги в темноте, и никто из них не знает, в какую сторону они идут. Но оба — упрямые, просто так не отступят". Сборник зарисовок о том, как Ши Цинсюань и Хэ Сюань пытаются общаться и заново склеить свои отношения и друг друга в пост-каноне.

Пост-канон бифлиф фиксит, где Хэ Сюань хорошо кушает, пытается понять, что он забыл в этом мире, и как это связано с Ши Цинсюанем; тем временем на побережье завёлся демон, убивший небожителя, и кто-то выполняет просьбы верующих вместо Повелительницы Ветров. Не рекомендуется читать на голодный желудок и особенно на диете. Сборник хэдканонов, хэштеги "идиоты в любви", "выпей, когда Хэ Сюань жрёт", "у Цинсюаня нетолерантность к брехне". !!! СПОЙЛЕРЫ АРКИ ЧЕРНЫХ ВОД И КОНЦА НОВЕЛЛЫ !!!

— Так и что тебе надо? — спросил Фэн Синь наивно: так, сука, наивно! — Я проиграл спор, хорошо, так и что ты от меня хочешь? Или: Фэн Синь совершает несколько ошибок (и ни одна из них не случается по его вине) и зарекается никогда больше не спорить с Му Цином.

Когда Се Лянь вознесся в третий раз, он встретил только Фэн Синя.

Единственное, что Леорио смог сказать Курапике, после того, как они встретились, это попросить прекратить начатое и хотя бы попытаться жить обычной жизнью. Желательно рядом с ним.

Модерн АУ, где Леорио и Курапика ведущие на радиостанции, имеющие взаимную рабочую неприязнь: они не хотят слушать, но хотят быть услышанными, только вот в жизни у них куда больше общего, чем кажется на первый взгляд. Рождественская ночь, щепотка несбывшихся желаний и вкуса праздничной еды в пустой одинокой квартире; им не нужно знать, что этот день особенный, им нужно чувствовать, что они могут сделать его особенным сами.

Кажется, что в этот раз Лу Гуану наконец удалось спасти Чэн Сяоши. Или нет?

Чен Сяоши действительно плох в соблазнении. Он понятия не имеет, как привлечь внимание мужчины. Особенно, если этот мужчина — Лу Гуан. Пробует искать информацию в интернете. Но то ли безнадёжен, то ли советы откровенно хуёвые, то ли у него просто нет ни малейших шансов. Это даже нечестно. Он уже голову сломал в попытках придумать эффективный способ соблазнения Лу Гуана. Самому же Лу Гуану, для того чтобы соблазнить Чен Сяоши, достаточно просто дышать

В ушах слышался гул собственного сердца. Один удар в живот, другой, похоже, куда-то в нос. Костяшки нещадно жгло, а пот катился по телу градом. Чэн Сяоши медленно съехал по кирпичной стене внутреннего двора серой многоэтажки. В скудном свете фонарного столба, мощности которого было недостаточно, чтобы осветить избитого юношу полностью, были видны лишь лихорадочно подрагивающие пальцы рук. Из груди вырвался тонкий всхлип и хриплое: «Лу Гуан, прости».

«Однажды, когда Чан Гэн очень тяжело заболел, Сюй Байху как обычно не было дома. Врачи предупреждали, что жизнь мальчика в опасности. Его ифу забрал его к себе домой и наблюдал за ним без сна три дня и ночи.»

Глаза его друга отчетливо разнились с глазами самого Курапики, но Курута действительно не мог понять. Как всего лишь один взгляд мог содержать в себе всю любовь этого мира, описанную во вселенских масштабах. И сейчас он как мог пытался вспомнить эти глаза. Пытался вспомнить то единственное, что когда-то приносило ему радость.

У Виктора никогда не было того, чем так щедро делился Джейс, — нежных прикосновений к руке, крепких рукопожатий, теплых объятий с близкими друзьями и семьей. Его взгляд задерживался на руках Джейса каждый раз, когда тот прикасался к кому-то. Виктор отвлекался, погружаясь в мечты о том, каково это — чувствовать, как руки Джейса обнимают его, согревая и защищая.

Принимать желаемое за действительное было для него единственным выходом.

Джейс исключительно восприимчив к похвалам. Виктор находит этот факт любопытным.

Когда любишь кого-то, кто постоянно уходит, сколько времени потребуется, чтобы ты ушёл сам? (О пяти «прощай», что сходят Курапике с рук, пока Леорио не решается сам сказать это слово).

Аки устал от всех своих смертоносных привычек. Он уже причисляет Ангела к таковым. И, господи, как же это больно.

— Обожаю когда ты устраиваешь мне истерики, похож на ревнивую любимую жёнушку.