— Иди отсюда, мудила! Не мозоль мне глаза! — сразу и без раздумий эти слова соскользнули у меня с языка. Снова. Сука, снова я смотрю на этот протез и даже не могу разглядеть этих, погружённых в вечную тень, голубых глаз. Мне остаётся лишь провожать взглядом сутулую, на вид хрупкую, спину. Ты же тоже расстроен, да? Ты тоже злишься, Салли?

Трэвис ругает себя за влюблённость в Салли, но как только друзья Фишера уезжают на июльские каникулы, то он сразу хватает шанс провести с ним время. Самыми глупыми способами Трэвис, ненавидя себя и Сала, запоминает июль как самый несчастный и одновременно счастливый месяц в его жизни.

Трэвис заплетает хвостики Салли.

Когда Салли на признание Трэвиса предлагает остаться друзьями, они оба чувствуют, что это был плохой выбор.

Депрессия сгущается над Трэвисом плотным столбом сигаретного дыма, когда он понимает, что был слишком подлым, чтобы когда-нибудь заслужить Салли Фишера.

Трэвис как-то обмолвился, что до боли в запястьях хочет поцеловать Салли. Фишер воспринимает эту новость с ужасом, понимая, что ему ни за что нельзя снять протез, даже если он сам тонет в собственной нежности.

Ларри тяжело отпускать Салли, но одного мечтательного взгляда Фишера хватает, чтобы он понял, насколько эти двое нуждаются друг в друге.

Попасть под зябкий ливень- мало приятного, явно. И согреться от холодных капель помогут лишь тёплые чувства и жаркие прикосновения.

Вам нравятся ночные разговоры? Один на один, находясь прямо здесь и прямо сейчас. Пока за стеной шумит музыка. Трэвису, вот, нравятся, особенно если в такой ситуации, подвернется случай признаться в любви с помощью мусора.

Трэвис познает Бога, который оказался куда ближе, чем он думал.

Салли знает, что им нужно отойти от школы достаточно далеко, чтобы он хотя бы попытался коснуться своими холодными пальцами его, тёплых и длинных. Трэвис до ужаса хочет, чтобы Салли коснулся его пальцев, но одновременно с этим надеется, что он этого не сделает. Ладони у него давно уж вспотели, и теперь, помимо всего прочего, он думал ещё и об этом. Отец всегда ругал его за это и запрещал "лягушачьими" пальцами трогать Библию, потому что это святое. Трэвис в голове проводит параллели.

Выдрессированный, как собака, семнадцатилетний Трэвис Фелпс, казалось, стал вписываться в общий пейзаж. Хмурый взгляд со вздёрнутым подбородком буквально «like father, like son». Он помнил, как несколько раз отчётливо сжимал розарий на строчке молитвы «И не введи нас во искушение...». Да, он самый, который девственник-матершинник-хорист, с индейскими перьями в светлых волосах и чернокожей попсой в кассетном плеере. Он хочет поцеловать хоть кого-нибудь, чтобы понять и почувствовать наконец-то.

А если долго мучиться с такой ходячей недовольной проблемой, то в конце концов выяснится как-то неохотно и щемяще, что Сал, оказывается – единственный, кому Трэвис доверяет.

Ему хочется спросить ещё что-нибудь, не терять эту линию, когда Фелпс открыт и достаточно искренен с ним. И вся эта комната, вся выдержка Трэвиса и ужасное балансирование схлопнется до размеров маленькой точки – возможно – еле заметной родинки на ладони Сала Фишера. Но на двух стульях сразу усидеть не получится.

Холодно... Даже в свитере так холодно...капли одна за другой падают с неба. Всё промокло: одежда, волосы, кожа.

Заключённый (не) хочет исповедоваться перед казнью. Священник (не) хочет его слушать.

Пусть Бог и не любил Салли, но Трэвис любил его. И этого было достаточно

— Смотри, — Сал вытянул руку вверх, указывая пальцем на одно облачко. — Похоже на какой-то цветок, да? — Что.? — На ромашку. А вон там на морду кота. Да? — Похоже… К чему это? — Смотри внимательнее. Вон крокодил, видишь? А вон какая-то клякса. Левее, вон, змея какая-то ползёт. — Салли, я не понимаю, правда, к чему это? Ты говорил что позвал меня для чего-то важного. — А время, проведённое с тобой, думаешь, не важно для меня?

Трэвис не думал, что сможет полюбить кого-то из близкого окружения. Он помнит, как отец молился за избранную своего сына. Как он желал, чтобы та была праведной и чистой девой. Как он бил его по рукам и кричал о том, что убьёт его окажись она шалавой. Со временем Трэвис и сам начал верить в это. Но чертов Салли Фишер все испортил.

Как скрыть влюбленность через агрессию