Иногда Андрей просыпается и каждой клеткой, каждой своей молекулой чувствует взгляд. По телу будто водят кисточкой, такой же пушистой, как Горшенёвские ресницы. От них падает тень, и глаза кажутся совсем чёрными, как ночь, что льётся в незашторенное окно

С Мишкой по-другому не получается. С ним только так. На слабо. На понт.

Три коротких, три длинных, три коротких. SOS

Она точно знала, что всё в мире происходит не просто так. Раз судьба столкнула их с Мишей именно в такой момент, значит, так надо. Нельзя размениваться по пустякам. Любить так любить. До гробовой доски, несмотря на все тяготы.

«... И даже в моей смерти меня поддержишь только ты...»

Каспер знал, что Андрей всё ещё любит, даже несмотря на произошедшее.

«И мне теюя не хватает очень канешна. Я типа скучаю понимаешь да? Надеюсь что понимаешь. В общем я очнеь надеюсь, что мы помирились. И что всё будеь хорошо». Сколько бы вы не расходились — вы узнаете друг друга в толпе.

«Завтра может быть поздно...»

Пропущенная сцена или подробности того, как Юра и Володя душ принимали

Типичная школьная Ау, Мишка — хулиган, Андрей — обычный ученик, который всячески пытается избегать насмешек Михаила.

Моя душа болит.

У Миши звук всегда на максимум, душа нараспашку и глаза доверчиво распахнутые. Андрей в них тонет, в душу ныряет, а голос слушает, завороженный. И хочется просить ещё: не важно – говорить, петь или… Вот тут начинались проблемы.

Закинувшись двумя с половиной таблетками, Танос не мог заснуть уже битых полтора часа. А Нам Гю, рассчитывающий на экстра дозу, решил подсобить приятелю, разговорив его, однако, их ночные откровения незаметно заходят совсем в другое русло. Или история трёх "О" об откровениях, отходняке и огромных зрачках.

— я тебя ненавижу, — вполне искренне признаётся Намгю, забывая про свое же правило шуметь как можно меньше, — ты просто садист.

Мёнги и Субон состоят в отношениях, которые наполнены ядом, они взаимно травят друг друга, но в то же время слишком созависимы, чтоб прекратить это. Вдвоём тесно, а по отдельности невозможно.

Телеграмм канал для общения https://t.me/vlegsiki Оно обязательно будет, как только я закончу работу.

...и пусть это только на одну ночь - первую и последнюю.

— Не останавливайся... Блять, не переставай прикасаться ко мне, — умолял Танос, его голос был хриплым от нужды. Он подался бёдрами вперёд, стремясь к ещё большему восхитительному трению.

Самый нервный момент в жизни Кисы - когда он дуло пистолета на Хэнка наводит. По его желанию. Теплое прикосновение к коже почти сразу же улетучивается, а пара глаз прожигают его. Боря голову вниз наклонил, исподлобья глядя на друга с жалостью. Да, именно это видел в тот момент Ваня. Он нервно дышит, дуло пистолета прижимая к чужому лбу, будто проверяя, реален ли стоящий напротив. Понимает, что одним выстрелом троих сразу убить не сможет, а вот первый в неком ряду смертников точно погибнет.

Впервые, когда Эндрю понял, что хочет услышать эти слова, Нил не делал ровным счётом ничего. Он просто сидел на крыше, смотря вдаль со своим глупым, отстранённым выражением лица, и позволял зажатой между пальцами сигарете медленно догорать до фильтра – пустая трата хорошего никотина, по мнению Эндрю. (Или двадцать с лишним раз, когда Эндрю и Нил говорят друг другу "я тебя люблю", и один раз, когда они говорят это вслух).