Видимо, он словил новый рекорд по входу в панику. Джисон и сам не понял, насколько сильно его заколошматило за эти несколько секунд недопоцелуя. Он забыл, как нормально дышать, раскраснелся так, будто бы солнце от всей души ударило его, вспотел, задрожал и почувствовал, как на глаза накатывают слёзы. Он не должен был.

— Джисон… — А? — Три лилии или букет из сотни роз? — полушепотом, с надеждой в глазах.

Джисон не кричит, сдерживая себя, пока на кафель университетского туалета крушатся алые капли. Их немного, но как же чертовски сильно ощущается каждая. Отдается чудовищным жжением, встающим перед глазами. Закрывать те бесполезно, так как будет только хуже. Кто придумал эти влюбленности?

AU, в которой Минхо переживает две утраты и прекрасно справляется. Или нет.

— Пожалуйста, ты же не должен винить меня за то, что я не выбираю. Разве нет? — Я не змея, Джисон. Это твои чувства. И ты прав в том, что я не могу винить тебя за то, что ты не выбираешь. Я отказался быть рядом, потому что не хотел видеть, как ты разрушаешь себя. Как разрушает тебя Хван. Если бы это было нормально, если бы ты был счастлив в тех отношениях, я бы тебе слова не сказал. И сейчас. Да встречайся ты с кем хочешь. Это твой выбор. Только со мной играть не надо. — Я не играю.

– Нет, я не ревную, потому что … – Хан замолкает, когда взгляд цепляется за Минхо и Хёнджина, которые вместе смеются и вспоминают смешные ситуации из того вечера, когда они вдвоем ходили в ресторан. В ресторан, который должен был стать их. Джисона и Минхо.

Я люблю тебя. Я не могу тебя простить. Мне было так страшно. Я не могу тебя простить.

Это чувство новое, пугающее. Но Минхо хочет верить в их счастливое будущее. Он думает о том, что твоё тебя всегда находит. Неужели, нашлись? Тогда нужно научится прятаться, чтобы больше никто их не нашел и не нарушил тихого счастья. — Мне кажется, мы крепко влипли.

Каково любить человека, когда тебе шестнадцать, а ему двадцать четыре?

Интересный факт о наличии соулмейта состоит в том, что, когда ты отдаешь часть своей души кому-то, ты забываешь подготовиться к возможности того, что ее заберут и уйдут с ней прочь. Время лечит все раны, но время не отращивает оторванные конечности, время не возвращает потерянные кусочки душ. Минхо уверен, что он больше никогда не будет целым снова. или: у Минхо не может быть Джисона, но это не значит, что у Джисона нет Минхо.

Минхо — самое лучшее, что могло когда-то произойти в жизни Хана, это его дом, его уют и тепло, его защита и поддержка. Джисон же самое худшее, что могло случиться в жизни Ли. Хан слишком слабый, эгоистичный, тревожный, он убегает от проблем, он боится всего на свете, он недостаточно красив для Минхо, недостаточно умен, недостаточно хорош. Он просто обуза в жизни Ли, который заслуживает только всего самого лучшего. Минхо — это любовь, забота, дом. Джисон — это страх, избегание и боль.

— У тебя кто-то появился? — Пока нет, — не задумываясь, отвечает Джисон. — Что значит пока? — К нам в офис пришёл новенький. Он милый и делает мне комплименты. Возможно, я хочу сходить с ним на свидание. — Почему ты говоришь мне об этом так просто? Я всё ещё твой муж! — негодует Минхо. — Это ненадолго. au, где Джисон чувствует себя одиноким в браке и подаёт на развод, но Минхо не готов отпустить его так просто.

Джисон никогда не звонит ему трезвым.

Видишь бродячего кота — прикорми. Тебе не убудет, а кот спасибо скажет.

Джисон стремится стать членом братства, поступив в университет. Когда ему предлагают пройти обряд посвящения, он счастливо соглашается, совершенно не подозревая, что оказывается выбран жертвой для подношения какому-то безымянному богу кучкой безумных фанатиков. А когда он вновь открывает глаза в новой жизни, он решает воспользоваться случаем и принести кару в мир. И никому не будет от него спасения.

Новый рекорд.

Джисон столкнулся с волшебством, и не заметил, как стал его частью.

Минхо считает, что отношения переоценены, но пытается из раза в раз. Джисон больше не пытается. Ему слишком страшно, что ещё раз он себя не соберёт.

Джисону двадцать два года и он устал. У него не выходит с работой, учёбой и личной жизнью. Да даже со своей жизнью у него отношения натянутые. Ему следовало бы выбираться из всего этого пиздеца, но он, видимо ничем не думая, прыгнул в самую глубину ямы — прямо в лапы своего бывшего. — Ты просто выблядок, — рычит в губы. — И навсегда — твой, — шепчет с улыбкой.

Он появляется на пороге дома спустя год. Живой. Целый. Спустя год после завершения войны.