Птичий грабеж, злой наемник и очень неожиданный рецепт на открытой вкладке браузера.

— Ты выжил. Да или нет? — Да. — Тогда поцелуй меня так, чтобы я тебе поверил.

Его тело всегда было храмом. Теперь оно превратилось в свалку. От этой грязи водой не отмыться. Её смоет только кровь.

Серёжа оттолкнулся зубцом конька ото льда, взмыл в воздух, прокрутился вокруг своей оси с такой скоростью, что Олег не успел сосчитать количество оборотов, и с глухим стуком приземлился. Волков в очередной раз подумал, что ничего красивее он в жизни не видел и хотел улыбнуться, но почувствовал тревожный страх за Серёжу. Олег однажды понял, что каждый прыжок может закончится опасным падением, и каждый раз молился, чтобы этого не произошло.

Мувиверс. Пост-Игра. Fix-it. У Серёжи гулко билось сердце. Он поверить не мог, что они смогли незамеченными выбраться из города. Олег казался спокойным, почти расслабленным, как будто у них была загородная поездка, они мчались на большой скорости вдоль шоссе, Серёжа в дороге ел мороженое, а Олег ворчал, что он сейчас испачкает сиденье. Как будто не было никакой разлуки, Сирии, Рубинштейна и бумажки с красной печатью «Погиб».

- Снова все будут говорить, что ты передо мной выслуживаешься, - Сергей скрестил на груди руки и тут же одернул их, оставляя мокрые следы на ткани. И эта досадная мелочь сделала его еще более возмущенным. - Меньше слушай бухих мудаков, - поделился бесценным советом Олег. - Меньше подбивай меня на попойки в сомнительных компаниях. Очередная студенческая AU.

У Разумовского оказываются взгляды пиздецки далёкого от войны человека. // АУ, в которой есть: большая любовь к деньгам, вариация на тему сероволков, которые не друзья детства, выпуклый птср и много чего ещё.

- Вот так и бросаешь меня, да? - Дракон улыбается, но Волков знает, что в словах нет ни капли наигранности. Вадим спрашивает это всерьез, не смотря на шутливый тон, пристальный взгляд выдает его внутренности.

Большой дракон подчиняется своему Золоту.

au!В котором Сережа Разумовский из детского дома познакомился с Олегом Волковым в роблоксе…

[ПостВВ] — Олег, прости меня... прости. Не уходи! Прошу! Приблизившись, Разумовский упал на колени, цепляясь за край плаща и прожигая насквозь отчаянным взглядом васильковых глаз. В груди екнуло. Да, стрелял, но он болен. Ему помощь нужна, а не молчание, забота и поддержка, а не одиночество. Несмотря на всю его смертоносность, бракованность и руки, по локоть перепачканные в крови, Серёжа нужен ему. Любой. Ведь, к своему стыду, Олег не злился, даже истекая кровью на полу той клетки.

Пока у нас на двоих одно холодное бесконечное небо — мы ближе, чем кто-либо ещё.

Питер, весна, рассвет, два сердца.

Олег срывается к Разумовскому прямо из Сирии. Из места, мать его, прямых военных действий.

ПТУ!аушка, в которой Игорь занимается боксом, а у Димы почти восемь тыщ подписчиков в паблике с авторскими рассказами. И как одно с другим связано, разбираться вам. Ну, и им, конечно.

Игорь пиздит себе, что сохранил трезвость рассудка. // Пост!МГИ (фильм), у Игоря галлюцинации. Решать, шизофрения тут или т.н. птичий грипп, оставлю дорогому читателю. С каноном пока непонятно, поэтому не au.

— Эта гирлянда стала к нам захаживать чересчур часто.

Рыжее закатное солнце, крыша панельки и бутылка пива, одна на двоих. — Ну романтика, Серый, скажи, а? Как будто свидание, — усмехнулся Олег, присаживаясь рядом. Вечно он так подтрунивал, да и Серёжа со всей присущей его характеру язвительностью в долгу никогда не оставался. — Да вообще, душа так и рвётся серенады петь, стихи декламировать и целоваться, — закатил он глаза, отправляя в рот очередной сухарик. — С меня стих, с тебя поцелуй, — не задумываясь, огрызнулся в ответ Волков.

Вечер опустился на курортный городок, а на территории детского лагеря в одной из беседок шла ожесточенная игра в бутылочку. “Давай, давай!” — скандируют подростки. А Олег слышит только стук собственного сбивчиво трепещущего сердца. Почему девчонок целовать совсем не сложно? Словно поцелуй — это просто механическое действие, как пожать руку. А Серого... Серёжа он особенный. Олег подвинулся ближе и аккуратно потянулся к губам, придерживая ладонью пылающую веснушчатую щеку.

— Это Марго, — беззаботно кивает Олег, — классная девчонка, она тебе понравится, сможем все вместе гулять. — Конечно, — сквозь зубы цедит Серёжа, но про себя думает, что не готов он Волкова делить ни с какими девчонками. Только для него Олег апельсины из столовки ворует, только его за руку держит, только его целует, и причем тут какая-то Марго, совершенно не ясно.