Итэр отчетливо помнит два важнейших события. Первое — когда на шестнадцатилетие у него на запястье появилась та самая метка, которая помогает найти свою родственную душу. И второе — когда он эту самую родственную душу обнаружил. И если появление маленького символа в виде бирюзовых крыльев его, несомненно, порадовало, то вот то, кому принадлежали вторые золотистые крылья — его не порадовало совершенно.

У актеров, сыгравших главных героев «Атаки титанов» — сериала-феномена последних лет, берут интервью по случаю выхода финальной серии.

Итэру не раз говорили — не приближайся к водам Холодного моря, там обитают существа похуже других морских хищников и, попавшись одному из них в лапы, отберут твою жизнь. Но Итэр не глупый, просто любопытный.

AU, в которой Дмитрий Позов, преподаватель психологии, проводит необычный эксперимент между студентами, с помощью жеребьёвки совершенно случайно сковывая двух врагов одними наручниками на целый месяц.

— Если вы считаете, что мне самому это доставляет удовольствие... Вести стадо баранов приобщаться к культуре… — Снейп брезгливо оглядел всех своих подопечных и рявкнул: — Поттер, сядьте вы уже, наконец, рядом с вашим Малфоем и не маячьте. — Каким еще “вашим”? — мгновенно вскинулся Драко. — Чего это он вдруг мой? — одновременно с ним ощетинился Гарри.

Сяо чувствует мелкую дрожь. Он снова сидит напротив кроватки маленького, едва достигшего пятилетнего возраста Итэра, и поглощает жуткий кошмар, терзающий его сердце. Это почти больно. В этом сне так много крови, что Сяо кажется, словно он ощущает ее привкус на языке, хотя мягкий бархат снов практически не осязаем для хранителей.

В первый раз мать срезает метку с сонного мальчика, не позволив узнать имя своего соулмейта. Во второй - Абрам даже не смотрит на неё, сжигая кожу собственной рукой. В третий раз он паникует, потому что Эндрю Миньярд стоит прямо перед ним. В четвертый, в пятый и так далее, Нил не прикасается к ней, слишком сильно влюбленный в своего мужа. Соулмейт AU! Аватар вселенная! Нил - маг огня. + Нежный секс Эндрилов.

Нил скользящей походкой направился к потерянной жертве промозглой улицы. Шаг, другой… Ох матерь божья, знакомое лицо! Кейтлин ютилась на промокшей скамейке, подставляя голову под живительные струи дождя. Блестящие капли стекали из её пронзительных глаз и собирались в лужицу на подбородке. В одном Джостен был уверен, как в своей правой руке – капли были не полностью дождевые. Девушка беззвучно плакала.

Ещё с самых юных лет Аякс, известный всему школьному классу как Чайлд Тарталья, понял: он - не такой, как другие мальчишки. Возмужав, парень так и не утратил пристрастие к своему необычному увлечению. Тарталья считал, что за его спиной много секретов. Он никогда не задумывался о том, что на своём жизненном пути сможет встретить человека, в шкафу которого бы прятался скелет, схожий со скелетом самого юноши. Но всё когда-то бывает в первый раз.

Сяо чувствует себя соучастником убийства каждый раз, когда они расстаются. Потому что он смотрит на то, как Итэр разрушается, как он режет себя, как морит себя голодом, и Сяо ничего с этим не делает. Не пытается помочь или поговорить. Не делает ничего, за что винит себя снова и снова. А потом на следующую ночь все повторяется вновь.

Этот парень – существо неземной красоты, о таких Сяо слышал только в легендах. Когда незнакомец замечает его и оборачивается, шокировано глядя своими невинными янтарными глазами, Сяо чувствует жар на своем лице и шее, его губы тихо выдыхают: – Ангел, – шепчет он сам себе. Дух жизни и удачи, обильных урожаев и невероятных чудес. Надо быть настоящим везунчиком, чтобы встретить это редкое и фантастическое существо. Он – полная противоположность Сяо.

По сказаниям, ежели Черновод тебя невестой своей изберёт, то в ночь после Середины лета пошлёт за тобой четырёх мертвецов, несущих белый паланкин. Ты не поймёшь, сон это или нет, но после того, как откинешь белые ткани и ступишь внутрь, уже никогда не проснёшься в теле человека. Ежели сбежать тебе удастся от нечисти — шороха каждого бойся. Найдёт тебя Черновод, да скормит своим помощникам.

Они нашли его в запертой комнате корабля Королевского флота, "Лис" ждал, чтобы переправить свою команду и их новую добычу через глубокую синеву моря. Он был прекрасен. Он был даже лучше какого-либо бриллианта. — Русалка, — засмеялась Дэн, делая шаг назад и снимая с своей головы шляпу, чтобы прижать к груди. — Они перевозили русалку. Это должно было сделать их богатыми. Или: ау, где Лисы - пираты, у Нила есть жабры, и никто не доверяет магии.

Рыцарь все равно зачем-то приходит к дверям Доли Ангелов, мнется на пороге, вслушивается в шум по ту сторону: в песни бардов, пьяные выкрики, стук пивных кружек… И не заходит. Разворачивается, словно и не сюда шел, куда-то в сторону собора плетется — возможно, хочет помолиться статуе бродяжки за счастье братца. Возможно, с этой самой статуи спрыгнуть без планера.

— Да как мы только умудрились так друг друга измучить?

Чёрные кеды Сяо привычно остаются рядом с такими же — но белыми — кедами Итэра в узком коридоре. Репетиция прошла настолько отвратительно, что единственное, чего хочется в этот самый момент, — это зарыться лицом в светлые волосы и послушать возмущённый бубнёж Итэра. Кажется, он снова помял его конспекты. Кажется, Сяо ни капельки не стыдно.

— Ну надо же! Я видела разные способы, как матери всеми правдами и неправдами уговаривали своих нерадивых чад принять лекарства. Но такой радикальный способ я вижу впервые, — с особым воодушевлением поделилась Чан Шен своими мыслями, а затем осторожно поинтересовалась, — А ему ничего за это не будет?

Нил Джостен смотрит на большое здание перед ним, его рот хмуро скривился. Вчера Браунинг вручил ему манильскую папку с его новым именем, его новой жизнью. В этом файле была записка, та самая чуть помятая записка, которую он сейчас держит в руке, с именем его нового работодателя. Аквариум Foxhole. Спроси Дэвида Ваймака.

У Кэйи есть список того, что пугает его до трясущихся рук, и четкие инструкции от Альбедо, как справляться с паническими атаками. В серую зону неопределенности попадает лишь Дилюк. Он пугающе опасен в сражении с врагами. В мирное время: в хорошие дни Кэйа ловит его взгляд за бокалом Полуденной смерти, робкие шаги навстречу, неуверенные улыбки. В плохие – он не может смотреть на его руки, слишком ярко представляет, как с ладоней в любой момент могут сорваться языки пламени.

«Пустите, я ему отсосу» — первое, что говорит Кэйа, когда видит нового преподавателя по международной экономике. «Пустите, я его придушу» — становится вторым, когда он понимает, с каким чёртом придётся иметь дело.