Это произошло бессознательно и на чистых инстинктах. Он просто понял, что перед ним его человек. И в горле будто собрался ком, и Хван не смог проронить ни слова, когда Сынмин во второй раз спрашивал: — Сколько с меня?

- Если я сделаю глупость, мы сможем забыть это? Словно бы я сделал это в горячке, - Хан с неподдельной надеждой заглядывает в глаза своего хёна, надеясь разглядеть в них немое разрешение, - Я сейчас сделаю глупость, а затем забуду, потому что сделал это в бреду, - просто ради приличия предупреждает Джисон, зная, что все равно не даст хёну и шанса на бегство.

Здесь, в реабилитационном центре АПС, собрались такие, как я. По сути, это психушка для тех, чьи внутренние проблемы связаны с соулмейтами.

все просто, чан любит феликса.

Джисон собирается уйти так же тихо, как и зашёл, но Ли шмыгает носом, заставляя остановиться. Хан думает, ему послышалось, но до ушей доносится сдавленный всхлип. Дверь тут же закрывается с внутренней стороны, а сам он оказывается у кровати. Садится на край. — Минхо? — шёпотом зовет и аккуратно касается ладонью подрагивающего плеча. Минхо только клубочком сворачивается, подминая под себя одеяло.

Соулмейт AU, в котором на теле человека выступают порезы, когда его предназначенный целует других.

Хенджин дарит Феликсу подарок с сюрпризом внутри, но не знает, что тот терпеть не может настолки и поэтому не откроет его до самого Рождества.

Чонин привык скрывать все свои негативные эмоции, а Сынмин видимо зашёл к нему в комнату не в самый подходящий момент.

Чанбин понимает, что одержим Феликсом на сорок шестой день после прихода австралийца в их группу. Джисон ржет над ним, постоянно нарочито громко кричит имя Ли, чтобы тот точно услышал в шумном коридоре, а потом покупает другу мороженное, чтобы Со вдруг не умер от передоза Феликса Ли в его жизни. Чанбин никогда не подойдет первым, потому что Ли - идеальный. Не заслуживающий темного и депрессивного Со. Прекрасный и недоступный.

жизнь не просто глупая подростковая драма, скорее низкопробный вайн про любовь, потому что личное феликсово проклятие пытается прожечь в нём дыру взглядом прямо сейчас

на чердаке спрятана коробка с мыльными пузырями, временем, книжкой антуана де сент-экзюпери и запиской: “я ещё вырасту”.

Феликс перестал есть.

Джисон голодает. Не в смысле у него нет еды, вовсе нет — в холодильнике стоит суп, а Хёнджин притащил с подработки мясо, сверкая глазами и говоря о том, что они могут приготовить из него что-нибудь. Джисон голодает намеренно. Чтобы похудеть.

Джисон приходит с работы домой и даже не в состоянии сходить в душ. Минхо ему с этим помогает.

Минхо думает, что появление чувств к Джисону должно стать чем-то неожиданным. Это должно шокировать его, встряхнуть так же, как и толпа фанатов, кричащих его имя. Получается совсем не так.

Феликс не умел забывать. По крайней мере, он так думал. Джисон всегда упорно заменяет это «думал» на «себя убеждал».

Мир, где каждый болен бесконечными поисками своего соулмейта, полон чудес, приятных эмоций и воспоминаний. Только вот он не подходит Хёнджину, гоняющемуся за славой в гордом одиночестве.

au, где джисон ничего не видит, но это временно, а минхо — отвратительно оптимистичный. — как я выгляжу? — страшненький. — врёшь, мама сказала, что я красивый.

Феликс знает, что такое чудо. Ведь оно прямо сейчас смотрит на него своими заспанными глазами с искренней любовью.

— Мне казалось, мы и правда соулмейты. Казалось, словно ты всегда меня поймёшь, — Минхо говорит сдержанно и кусает губы, прожигая Джисона взглядом. — Я стараюсь, но так боюсь понять тебя неправильно, — признаётся Джисон и нервно перебирает пальцы. — Тогда пойми меня неправильно. — М?