Его с юных лет учили, что верность — основа кодекса якудза. Вот только о браке со старым врагом в тех уроках не было ни слова.

Чуя никогда не считал работу под прикрытием чем-то постыдным. Пока не появился Дазай.

На поиски Дазая отправили ни в чем не повинного Ацуши. Вытаскивать Чую из запоя было поручено Акутагаве.

Дазай думает, что его соулмейт ненормальный, потому что собственное тело покрыто розовыми цветами, а Чуя устал задыхаться от [не]любви и рук Осаму на своей талии. Или AU, в котором раны одного соулмейта превращаются в розы на теле другого. Чуя привыкает к неизбежному, а Дазай умирает по четвергам.

Атсуши полагал, что они точно друг другу какие-нибудь родственники, если не сводные братья, раз откликаются на одну фамилию. В ступор вводило только то, что в списке студентов под этой фамилией значился только Осаму. Стоит ли ему спрашивать?..

Дазай — альфа. Чуя — омега. Всё очень заурядно, но им семнадцать, оба вспыльчивые и работают на Портовую мафию. Осаму ненавидит командировки, бесконтрольность и чувство ревности, а Чуя на 70% состоит из сигарет по скидке, ругательств и незнания тайского языка.

Когда Чуя получает девятую звезду, он уже не плачет, свернувшись калачиком на кровати, впиваясь ногтями в кожу предплечий, да и боязни скорой смерти уже нет. >**Soulmate!AU**, в котором с каждым поцелуем не со своим соулмейтом проявляется чёрная звезда на запястье. С десятой звездой наступает и смерть.

Неуловимая тень, Маска, Ювелир — как его только не величали. Не было ни одного банка и ни одной драгоценной лавки, которых бы не коснулась рука полночного вора. Ищейка Кардинала, Накахара Чуя, от чьего глаза не скрывалась ни одна улика и от чьей пули не уходил ни один рецидивист, раздражённо постукивал пальцами по столу, битый час смотря на нераскрытое «Дело Сороки» — чёрное пятно его биографии. Нельзя арестовать Сороку, когда он сидит в кресле напротив, улыбается и говорит о любви.

Чуя дышит. Дазай отвечает: — Парк Ямасита. *Динь.* (Куникида в отчаянии приписывает им очередное очко. — Как они это делают?) (Люси, разочарованная и вместе с тем восхищённая, дёргает себя за косы. — Что не так с Японией.) (Или история про игру в шарады, во время которой все так или иначе получают от телепатии Соукоку психологическую травму.)

— А кто тогда в твоём вкусе? — Куникида приподнял бровь, спрашивая скорее не из интереса, а потому, что Дазай приставал абсолютно ко всем девушкам, так что невозможно было, чтобы хоть кто-то был "не в его вкусе". — Ну, невысокие, рыжеволосые, голубоглазые, невинные, но с задоринкой, — Дазай на секунду прикрыл глаза. — Такие мальчики самые горячие. Куникида поперхнулся чаем, а Ацуши мучительно покраснел. Мальчики?

Этот абонент всегда доступен для звонка. Можете звонить ему, когда пожелаете. AU, в котором Чуя мучается от ночных кошмаров, а Дазай случайно ошибается номером телефона.

Абонент временно недоступен, потому что сейчас он находится прямо рядом с вами. Продолжение к фанфику "Абонент доступен".

– Не стоит обижать девушек. Если некоторые плачут и убегают, то другие могут совсем неожиданно разбить тебе нос, – с видом великого знатока женщин поведал Накахара. – Платок дай, – безрадостно потребовал Дазай.

Дазай - молодой 22-х летний официант в кофейне/чайной в порту. А Чуя случайный посетитеть. Дазай любит чай, разбирается в них. А Чуя пьет первое, что под руку попадет, а обычно это поистине ужасный чай... И они соулмейты, так что Дазай чувствует все, что пьет Чуя. И наоборот

AU, в которой Дазай отменяет свои планы на вечер и возвращается в общежитие раньше обещанного, из-за чего видит своего соседа по комнате, выходящего из ванной полностью обнажённым. >или фик о том, как Дазай ловит фиксацию на члене Чуи и пытается сделать всё, чтобы его сосед по комнате трахнул его.

Чуя никогда не понимал, почему на его запястье таймер всегда показывал 00:00, ведь соулмейта он ещё не нашёл. У всех знакомых парня были часы, отчитывающие время до встречи с их половинками, в то время как у Накахары всегда были эти чертовы, мозолящие глаза нули. Зато у Чуи был гребанный напарник по имени Осаму...

Чуя умирает от любви. В буквальном смысле. И сколь нелепо бы то ни звучало, это его — Дазая — внезапно весьма ощутимо задевает.

Чуя был хорош в учебе, но плох в розыгрышах. Дазай превосходил его в этом во много раз, правда, и сам однажды попался в ловушку с... приворотным зельем. Терпкое и нежное чувство появилось у него внутри, когда он нашел неудачного шутника в пыльном шкафу. Теперь Накахаре самому приходится быть объектом любви о чем он сильно (или не очень) жалеет.

Одним прекрасным вечером Чуе на голову свалился охерительный подарок от Агентства: шестнадцатилетний Дазай, желание которого вроде как нужно исполнить. Ну чтобы он в норму вернулся. Откуда же Чуя мог знать, что Дазай в свои шестнадцать был той еще озабоченной занозой в заднице?

Дазай с Чуей искренне верят, что не доставляют окружающим никаких проблем. А Мори не признается, что теперь хранит успокоительное в ящике стола. Сборник драбблов о самых обычных семейных буднях Двойного Черного.