Дотторе каждый раз устраивает на эту тему протесты, но Панталоне хочет слушать примерно ничего и просто держит скальпель рядом с кропотливо собранной анатомической печенью, пока доктор пыхтит над отчетом. Из чего собиралась фигурка в его руках, главный экономист знать совершенно не хотел, однако Дотторе можно было заставить работать только под страхом уничтожения его творений.

— Думал, я не ревную? — на плече девятого предвестника вдруг оказалась голова доктора с фирменной усмешкой, а после последовал уже привычный укус в шею.

В тихом омуте черти водятся. Как и положено, Дотторе – тот ещё чёрт, вот только тонет он в омуте ониксовых глаз напротив.

Вновь эта хитрая улыбка, Девятый предвестник лишь молча отталкивает приставучего Дотторе и спешит выпроводить его за пределы своего кабинета. На прощание оставляя короткий поцелуй.

Однажды, одной из самых обыкновенных ночей, Панталоне приглашает себя в лабораторию Дотторе и находит его старый дневник еще со дней учебы в Академии Сумеру. Он узнает о нем парочку новых вещей, включая его имя и происхождение. Фабьен. Интересно, что будет, если он назовет Дотторе этим именем. (Так он и делает, и нечто происходит.)

Регратор поступил опрометчиво, посчитав, что сдвинувшаяся течка, не начавшись с утра, на второй день задержки не побеспокоит его. Побеспокоила. А он, в свою очередь, побеспокоил Иль Дотторе не только своим визитом к нему, как к врачу, но и реакцией на осмотр.

Дотторе нужны деньги, Панталоне отказывается давать хоть на мору больше положенного, тогда в безумной голове Предвестника зарождается план.

Кабинеты хранят много тайн.

О том, как два Предвестника согрешили на похоронах

Дотторе никогда не интересовался жизненными проблемами окружающих. Бессердечный и равнодушный к чувствам других, он неожиданно совершает открытие: с его драгоценным коллегой Панталоне что-то не так. Безумный Доктор решает провести эксперимент: добавить парочку новых реагентов в мутный субстрат чужой психики. И получает неожиданную реакцию.

Хоть Дотторе трудно признаться в этом даже самому себе, ради открывающегося перед ним вида на Панталоне, он готов оказаться снизу еще один раз. Возможно, даже не один.

Оставшаяся за кадром встреча Дотторе и Панталоне в Норд-Крае.

— Бесишь. — дёргается Пантолоне и тянет Дотторе за воротник к себе, облизнул его губы и прикусил нижнюю, зализывая свои следы. — Я знаю. — низким голосом отвечает Дотторе в губы Пантолоне. Сжимая упругие ягодицы в своих ладонях. — Не думаешь, что для шлюхи на тебе слишком много одежды?

Панталоне нервно прокрутил на указательном пальце кольцо, затем поправил следующее, и следующее. Он привык следовать своим привычкам, и одна из них: избегать контакта с Дотторе. Но ситуация безвыходная, ему приходится смириться с этим.

Секс и любовь. Панталоне очень жадный и очень любимый. *** UPD от 15.12.23: Сборник пошлятских драбблов. Части не связаны между собой, но во всех есть секс:)

Панталоне казалось многое повидал за всю свою карьеру, но никогда ещё он не проходил десять кругов ада от его коллеги.

Одна странная догадка цепляет Панталоне и уже не хочет отпускать. О, только не говорите, что этот негодяй все-таки в него влюбился. Эта мысль дикая и внезапная, словно снег в мае — впрочем, снег здесь лежит круглый год.

Панталоне — сама собранность и сдержанность, сплошная непоколебимость и неизменная лёгкая улыбка на губах, чтобы ни одна сделка не сорвалась, а деловые партнёры не вздумали соскочить, и только Дотторе знает, воочию наблюдает и чувствует прямо на своей коже, сколько обжигающей злости скапливается у Панталоне за этой улыбкой.

— Je te sucerais, — неожиданно произносит Дотторе, спустя минут двадцать тишины. Он всегда гордился своим знанием нескольких языков и охотно демонстрировал это своему парню, который лишь закатывал глаза.

За дверями кабинета было непозволительно тихо. Панталоне стоял у двери, не решаясь войти. Кто знает в каком сейчас настроении этот доктор. Иной раз за дверьми раздавался весёлый смех и грохот стекла. Иной раз гневные проклятия по поводу не оправдавших себя экспериментов. Но в этот раз было тихо. Непозволительно тихо.