Гето не было уже довольно долго, а Годжо мучали вопросы. Коллективным решением Сатору и его тараканов стало – заставить Сугуру объясниться.

Жизнь с Годжо Сатору готовила Мегуми ко многому: к оказанию первой помощи в полевых условиях, к сухой чистке и срочной обработке всей одежды и всех поверхностей в доме, к необходимости ежедневно готовить блюда, тянущие на мишленовскую звезду как минимум... но не к переходному возрасту, взрослой жизни и первой влюбленности. Причем не своей, а чертового Годжо Сатору. Или непринужденная AU, в которой все влюбляются и находят тех самых своих людей.

- Поговори с ним, - от Кенто-куна тянется легкий аромат свежего белья, какой-то хлопковый кондиционер. Он ходит с пластырем на пахучей железе и глушит внутреннего альфу, как может. Клыки торчат все равно, а скрывать свой второй пол ему с годами все тяжелее. - Иначе, вы разойдетесь.

- Мы находимся в комнате для досмотра, прошу Вас подойти к стене, встать ко мне спиной, ноги на ширине плеч и... - Руки за голову? - уголки губ "Господина Заноза в заднице" ползут вверх.

- Мне нужно купить дилдо, а в секс-шоп даже не пускают потому что мне нет восемнадцати. Поможете?

Хочется быть насмешливым. Остроумным. Зло зыркнуть и бросить, что-то в духе: а тебя вот это ебать уже не должно, - только а) сложно быть угрожающим противником с членом наголо б) остатки инстинкта самосохранения у него все еще имеются.

В одиннадцатый раз, Сатору все сделает по-другому.

- Если это слишком, я поищу... менее шокирующую практику.

И Сатору душу дьяволу не нужно продавать, чтобы оказаться с ним рядом: ведь дьявол и есть Сугуру, и как он смотрит на него через блики на очках, как слегка тянет уголок губ вверх, а пальцы — к манжету рубашки Годжо. Чтобы цепко ухватиться, пока никто не видит.

После парада проклятий Сугуру выжил. Сатору не убил его, так как в последний момент подбежал запыхавшийся Яга и сообщил, что Сугуру подвергнется суду, в ходе которого Гето признали невменяемым и проклинатель был заключён в психиатрическую больницу для душевно больных Шаманов.

Краткая история о том, как Гето Сугуру слегка облажался. – Ты правда любишь меня? – Я… – начинает Сугуру, но поджимает губы и тяжело вздыхает, замолкнув на полуслове. Только спустя пару секунд, очевидно, ушедших на принятие поражения, он добавляет: – Да, к сожалению. – Я делаю тебе минет, – с откровенной угрозой напоминает Сатору.

Вместо этого, впрочем, он улыбается все так же мягко и смотрит снисходительно, но ничего успокаивающего в этом нет - так, скорее, охотник смотрит на свою жертву, в которую всадил уже несколько пуль, но так и не задел ни одного жизненно важного органа, и теперь медлит с тем, чтобы добить несчастного зверя. Годжо не несчастный и совсем не зверь, впрочем… выть и скулить Гето его все равно сегодня заставит. Приложит для этого все свои усилия. И не только свои.

Годжо не хочет вставать с постели.

Сатору не переживает битву с Тодзи Фушигуро. Он умирает, в холоде и одиночестве, оставляя за собой только проклятие, жаждущее крови. Сугуру забирает его себе, маленькую чёрную сферу, подносит к своим губам, проглатывает то, что осталось от его лучшего друга, первого и единственного. Он не знает, душа ли это Сатору или просто проклятие, неразумное и бесчувственное, но все ещё, он не может его отпустить. Поглощая друг друга, они становятся одним целым.

Прикосновение к губам выходит почти что невинным. Ещё можно было опомниться и повернуть назад, свести всё к нелепой шутке, если бы не безумное выражение глаз напротив, чью яркую голубизну затопил густой мрак расширившегося зрачка.

Есть ли на этом свете придурок, которому моти могут быть «недостаточно сладкими»? Боже, да, Гето знает одного. И это его бывший. AU, где Гето работает шеф-поваром

каннабис, игги поп и произнесённое в беспамятстве «сугуру, я хочу залезть тебе под кожу».

Сколько нужно времени человеку чтобы принять решение? Такое, полное адреналина и пробирающих мурашек, которые крадутся у тебя с затылка и морозом уходят в пятки. Такое, как прыгнуть с разбега в ледяную воду, поставить все деньги на кон в рулетке, отрезать копну волос, что отращивал пол жизни, или такое как признаться, что ты хочешь Годжо Сатору.

Вновь и вновь оказываться в его кабинете, покоях, мрачных коридорах подземной обители — месте его жительства. Взывать к себе — нарушать все мыслимые и немыслимые правила, пугая бедняжек херувимчиков, боящихся даже хлопнуть крошками-крылышками в присутствии самого Темнейшего. Слышащих, какие звуки грёбаный Дьявол вытрахивает из их Божества.

Чёрный лак на ногтях Сугуру производит на Сатору неизгладимое впечатление.