Ранним утром город ещё был окутан лёгкой дымкой тумана. Первые лучи солнца пробивались сквозь облака, окрашивая небо в нежные оттенки розового и золотистого. На улице только начали появляться люди, спешащие на работу. Среди них был и наш герой — Николай. Он тоже спешил, но не на работу, а к небольшому цветочному магазинчику, который находился на углу улицы.

— Что вы хотите Пушкин за свое молчание? — Вы прекрасно знаете ваше императорское величие, что я хочу, — с хитрой улыбкой ответил поэт, с его лица пропало всё смущение и замешательство, теперь там была только твёрдая уверенность. — Верните Пущина из ссылки! Николай тяжело вздохнул этот писака переходит все границы! Но в этот раз это его вина, как он мог так проколоться!

Романов наигранно дуется, актёрское мастерство не подводит его. Он "обиженно" опускается обратно в кресло, пряча взгляд под пушистыми ресницами —Ах, mon cher, я понимаю. Возраст уже не тот, сил только на бумажки и хватает....—его голос звучал тихо, но явно заметные сарказм и ирония витали в воздухе

—Не спится, Ваша Светлость?

Бесконечно можно смотреть на три вещи : на то, как горит огонь, течёт вода, и на то, как проводят время вместе император и шеф жандармов.

Они оба рациональные, взрослые люди, но сейчас вместо мозга ими обоими управляли их чувства и желания. Фатальная ошибка для кого-то вроде них.

Моя другая ладонь опустилась на его грудь через вырез на горловине, и я почувствовал, как его сердце забилось быстрее под моим прикосновением. - Вы говорили, что никогда не любили и не полюбите мужчину? - спросил я, глядя ему в глаза. - Так и есть на самом деле, - ответил он, как будто начинал сомневаться в своих словах. - Но ваше тело реагирует совсем по-другому, - произнёс я, чувствуя, как его дыхание становится более частым. - Повернитесь.

АУ современная повседневность. К семье Бенкендорфов в гости пришли Романовы со словами:"Наш сын, Коленька, ровесник вашего Сашеньки, они подружатся". Подружились

Над его величеством Императором имел власть только один человек.

— Я тебя еще раз спрашиваю, coûteux, что этот иуда от тебя хотел? — Николай Павлович с нажимом смотрел на главу жандармов,. Вид Романова не предвещал ничего хорошего.

Если бы он на самом деле обладал той властью, которую ему приписывают, он бы поставил во главе государства Константина. Но судьба решила распорядиться с его жалкой жизнью именно таким образом. Являясь царём огромной империи, он попросту не может управлять собственными действиями в угоду сердца.

Опьяненный внезапно обрушившейся славой, император, тем не менее, был вынужден жестоко вернуться к суровой реальности.

— У вас скоро руки начнут дрожать от этого, mon cher.– сказал однажды Николай после одного из заседаний Государственного совета. Он застал графа с очередной чашечкой тёмной, окутанной паром, жидкости.

Николай решил поговорить с Бенкендорфом о чувствах.. Но что то из этого вышло не то.

Бенкендорф благоговеет перед образом Николая Павловича. Но выходки Государя не перестают удивлять.. что будет на этот раз?

Обычно холодного и спокойного Бенкендорфа на эмоции могли вывести только два человека. Первым был Николай Павлович, из-за которого он улыбался, иногда смеялся и которого безмерно любил. Вторым, к сожалению, был Пушкин, который мог выбесить его за секунду. Бенкендорф хочет спокойной жизни, Пушкин в край наглеет, а Николай Павлович устает от последствий их стычек.

"Поддавшись страсти искушения Мой взор застыл на силуэте Такому гре‌ху нет прощения Что видел я на том портрете. А грудь вздымается все чаще, И сердце бьется в унисон Не видел никого с фантазией я краше, Что может мигом понизить кортизол. На лбу я чую капли пота, А на губах нитку слюны Один момент, и не волнует ни одна забота, Тревожат лишь невольные белые следы."

Николай Павлович был очаровательным мужчиной, обладавшим множеством положительных качеств. Он прекрасно играл в теннис, был настоящим джентльменом, отличался красотой, обаянием и образованностью. А ещё он отлично мог разложить Бенкендорфа на столе...

Пусть историки пишут о победах — но лучшие битвы мы выигрываем вдвоем.

После ситуации в кабинете Бенкендорф избегает императора, пытаясь разобраться в их отношениях. На его столе начинают появляться записки... несколько интимного характера