– Если ты хочешь таскать вещички своего бойфренда, – Мегуми чуть не стошнило, – стоит просто попросить. Знаешь, у меня даже есть идея… Все худшее и сумасшедшее в жизни Мегуми Фушигуро начиналось с идей Годжо Сатору. Он точно пожалеет.

Годжо проводит много времени в попытках научить маленького Мегуми называть его «папочкой». Это наконец случается, когда Годжо трахает его.

— Я должен переспать с первым человеком, которого увидел после пробуждения. Или, если переформулировать, должен переспать с вами.

Сукуна планировал снять этого хмурого пацана у барной стойки лишь на одну ночь, чтобы его стонами и бледной кожей хотя бы ненадолго размыть образ бывшего в своём сознании. Но попав под прицел его мрачного взгляда, Ремён выпадает из пространства, с головой ныряя в пучину под названием Мегуми Фушигуро. И выныривать не собирается ни через ночь, ни через месяц, ни через пять лет, когда они просматривают анкету суррогатной матери для своего будущего ребёнка.

Годжо-сенсей не пользуется папкой "Скрытые" в галерее, хотя стоило бы

Фушигуро очень упрямый. Настолько, что на выполнении заданий часто пренебрегал собственным здоровьем и считал это нормальной вещью. Считал... до того момента, пока обессиленый не свалился на задании прямо посреди боя.

осколки катятся по подбородку

Влюблённость, ревность, сигареты... Мне нечего добавить, просто прочитайте эту мини историю 🚬

— Я знаю, что ты завалил тест по биологии. По строению мужской половой системы, — в его голосе так и сквозило удивление. / Руки Мегуми уже привычно потянулись друг к другу, чтобы сложить печать и призвать гончих, но запястья предсказуемо обхватили чужие широкие ладони, разъединяя, уверенно, но не грубо, стараясь не напугать, давая призрачную надежду на выбор. Он опустил их руки на стол и прошептал на ухо: — Расслабься, Мегуми. Просто представь, что у нас сейчас будет практический урок.

Избаловать Мегуми — важнейший пункт образовательного плана Годжо Сатору.

Все в Токийской столичной технической школе магии знают, что Годжо бесстыдно выбирает себе любимчиков, и у него всегда был только один любимчик: Фушигуро Мегуми. В старшей школе магии не принято говорить, что Юту отправили тренироваться за границу к Мигелю, а Юджи приписали к Нанами, исключительно потому, что Мегуми не любит делить внимание Годжо.

Мегуми тонет в одиночестве на крыше, а Сатору садится рядом, пытаясь не выть от боли.

у Годжо есть плохая привычка. Он называет Фушигуро Мегуми «Мой Мегуми» для всех, кто готов его слушать. Это слышат жители деревни, клиенты, коллеги, даже проклятые духи. То, что начиналось как неосознанная фраза, быстро превращается в собственническое заявление.

Его сердце игрушкой в скорлупе шоколадного яйца трепещет в груди, когда он думает о том, что с Мегуми, его Мегуми, происходит что-то нехорошее. Что его ребёнок в опасности. Возможно, Сатору Годжо следует осознать, какую роль играют люди в его жизни.

У его любимого ученика не ладится с тренировками. На самом деле у него ничего не ладится уже как минимум две недели. Выносливость Мегуми резко снизилась, он продолжает допускать элементарные ошибки во время спаррингов и, кажется, большую часть занятий находится в прострации. Сатору знает это: он наблюдал за тренировками Мегуми, когда впервые возникло подозрение, что что-то… не так. Однако Мегуми слишком упрям, чтобы рассказать, в чем дело.

Годжо-сэмпай ни за что не позволит своему кохаю Фушигуро перевестись в Киото, даже если придется пойти на крайние меры.

Всего лишь одна ночь, которая должна была тут же забыться. Всего лишь одна ночь, которую три гребаных месяца не удавалось из головы выбросить. Всего лишь одна ночь, которая не значила ничего. Но вот Сукуна вновь встречает восхитительного двадцатилетнего пацана, который свел той ночью с ума, после чего исчез – и он оказывается его восемнадцатилетним чертовым учеником. А в эти кроющие, пронзительные глаза Сукуна проливается еще мощнее, чем в первый раз. …или, может быть, та ночь значила все.

Темно. Ночь яркая с рассыпанными по небосводу песчинками звёзд. Они оба считают минуты до наступления утра, жмуться к друг другу ближе, не желая вновь расставаться на долгий срок. Фушигуро бесится, что от Токио до Киото так далеко.

- Если ты не притащишь свою задницу домой сей же час, я ее, - эту самую задницу, - найду и отхожу так, что придется брать академический отпуск в университете. Не заставляй меня злиться, малыш - пока я всего лишь раздражен, а ты прекрасно знаешь, что бывает, когда доводишь меня до ручки, - Тоджи перешел на тихие и настолько вкрадчивые угрозы, что Мегуми почувствовал, как коленки начали подгибаться и трястись, а рука в которой зажат телефон и вовсе заходила ходуном.

Зенин Мегуми просто не мог не привлечь его внимания. Гордая осанка, стойкий характер, непреклонность в том, как этот — тогда ещё мальчик — не собирается подчиняться ему, не смотря ни на что. Ему, Годжо Сатору, не собирается подчиняться! Конечно же, это вызвало в его душе ту самую жажду узнать и понять другого человека, которую игнорировать никто не собирался. Годжо просто не позволил бы проигнорировать себя, неа.