— Расскажи о своей проблеме, — сладко шепнул Джейс. — Я забыл. Серьезно. Ты тут такое вытворяешь. Знал бы, что ты тут без одежды, лучше бы подождал в лаборатории.

Джейс исключительно восприимчив к похвалам. Виктор находит этот факт любопытным.

Джейс едва не давится воздухом. «‎Я думал, для сплетен ты слишком занятой человек»‎. «‎Хотя я и прикладываю усилия к тому, чтобы оставаться незаметным, это вовсе не значит, что у меня нет ушей»‎, — отвечает Виктор сухо. /// Про Джейса и Виктора ходят слухи.

Вместе с Джейсом Виктор готов даже на преступления. После всего, что они творили, секс в лаборатории — просто детский лепет. Впрочем, вопросы физиологии никогда не были ему интересны. Зато эксперименты за компанию с хорошим другом — еще как. Короче говоря, асексуальный Виктор впервые пробует сделать это с Джейсом, и даже находит в этом что-то про себя.

Джейс физически силен, и иногда, забывая это, он делает Виктору больно. Но только не сегодня.

— Они целуются в лаборатории. — Да, они часто так делают. — Но они не встречаются? — Мы не говорим об этом. Когда Виктор впервые поцеловал Джейса, это был быстрый чмок в щёку, за которым последовал непринужденный разговор. В следующий раз он поцеловал его в губы, но затем снова перешел к разговору о формулах. Джейс приходит к выводу, что это культурная особенность, и тоже начинает целовать Виктора в ответ. Все остальные в замешательстве. История о двух друзьях, которые точно не встречаются.

— У меня нет фамилии. — В каком смысле? Как у человека может не быть фамилии? И почему я узнаю об этом сейчас? AU! В котором у Виктора действительно нет фамилии, но это не на долго:)

Жажда прикосновений — главнейшее из всех основных желаний.

Избавившись от необходимости восстанавливаться между оргазмами, Виктор преподнес величайший подарок человечеству в целом и Джейсу в частности.

Эксперимент, подтверждающий теорию Виктора: Джейс хочет подчиняться.

— Ты же понимаешь, что я ничего не чувствую? — спрашивает Виктор, когда Джейс целует его в тыльную сторону ладони. На слове «чувствую» его голос звенит, рассыпается, будто звучит через плохой динамик.

Виктор никогда не обольщался на свой счёт — ущербному альфе не светят незабываемые сексуальные приключения. Все немногочисленные его партнёры были бетами, и его не покидало ощущение, что с их стороны это были акты не столько любви, сколько сострадания. И это если не опускаться до слова «жалость», от которого у Виктора сводило скулы и горчило во рту.

О том, как Джейс Талис любит похвалу, Виктор думал частенько. Удивительно, что не прокололся ещё раньше.

— Я никогда не говорил, что я бета, — раздраженно ответил Виктор, продолжая собирать искусственную металлическую конечность. Работа над ней сейчас забирала все его время. — Это ты так решил. Я омега. Не самая здоровая, конечно же. Сижу на подавителях с тринадцати. Тебя как своего альфу признал сразу же, но решил не говорить, чтобы не усложнять совместную работу. Однако, если теперь ее усложняет молчание, то стоит, пожалуй, это обсудить.

Джейс - омега, Виктор - альфа. Постканон, у Джейса после долгого перерыва постепенно возвращается течка.

«Где чёртов Джейс Талис, когда он так нужен?»

— Джейс, мне холодно, — раздалось тихое, удивлённое. Виктор сидел на полу обнажённый, чуть подрагивая, и смотрел потерянно, непонимающе, так, как никогда раньше. Вдруг он обхватил себя за бледные плечи и…постойте-ка, бледные плечи?

Виктор застает Джейса в разгаре течки и старается помочь в меру своих возможностей. Скептическое отношение к сексу, особенно со страдающим под воздействием гормонов партнёром, вскоре сменяется неожиданным осознанием: от сходящего с ума под его воздействием Джейса он и сам не прочь потерять голову.

Любовь не лечит, но Джейс Талис никогда не перестанет пытаться.

— Вик, это не было слишком? — Знаешь, Джейс, даже проснуться на твоём члене не было бы слишком.