Флинс собирает портрет Рыцаря Бореалис по крупинкам, чтобы в конечном счёте прийти к выводу: в прошлой жизни Варка, по-видимому, был псом – уличным преданным псом, который приветливо лизнёт даже неприветливую кошку. Угадайте, кем был Флинс.

Ужин во «Флагмане». Ты и я. Когда все закончится.

Во всëм виноват предлог разобрать документы, никакого желания, глупости.

Между Варкой и Кириллом всегда были особые отношения.

Варка был невероятно удивлён тому факту, что его новый знакомый совершенно не умеет себя вести, когда дело касается верховой езды. Самое время для помощи красивому юноше.

На разорённом поле битвы Варка отчаянно ищет Флинса. Среди остатков мертвых тварей бездны он находит фонарь с тлеющим пламенем, изнутри которого доносится знакомый голос.

Мысль о том, чтобы завести себе ручного, домашнего торчка, не спавшего шестеро суток, кажется Варке всё более привлекательной. Кажется, мы его теряем.

Рассвет едва коснулся горизонта, когда Варка вновь поднялся на холм, ведущий к маяку у кладбища. Он давно не ведёт счёта как долго он приходит сюда каждую неделю и пытается закадрить местного отшельника, но он никогда не сдаётся, поэтому он не завершит экспедицию пока не добьётся своего, он не вернётся в Мондштадт, без Флинса.

— И вы меня поцеловали? — с медленно проступающим ужасом в голосе осведомился Флинс. — Кхм. Попробуйте догадаться.

Под светом луны среди могил Флинс несёт дозор. Бездна угрожает покою, а настойчивый чужеземец с дерзкой улыбкой нарушает его одиночество, требуя новых встреч.

Внезапно чуткий слух Флинса уловил не шаг патруля или крик птицы, а тяжелые, спотыкающиеся о корни деревьев шаги. Во тьме, подсвеченной бледным месяцем, плелась фигура, неуверенно пошатываясь, будто раненый зверь. И тут ветер донес до вампира аромат, от которого его скрутило от голода. Кровь. Волна жажды ударила в него, затуманивая сознание. Инстинкт требовал одного — броситься на добычу. // АУ, где Кирилл — вампир, а Варка — раненный путник, забредший в его владения.

— ...я пришёл для того, чтобы серьёзно поговорить с тобой, потому что ты сам изъявил такое желание, — с укором подметил Флинс и полностью повернулся к нему. — Но ты... ты снова за своё.

— Между прочим, насколько мне известно… ни в одной легенде секс с феей не заканчивался ничем хорошим. И с чего вы взяли, что дело в моëм благородстве? Может, я и в самом деле не могу устоять перед вашими прекрасными ногами.

Между подданными Великого Магистра ходит слушок, что огромен он не только ростом и широкими плечами, и Флинс неизбежно сталкивается с причиной этого слуха один на один

В какой-то момент, пока остальные были заняты поручениями, Варка и Флинс остались в лагере совсем одни...

А на кухне, в луже желтого уличного света, лежал черный бархатный футляр. Подарок. Настоящий. Не тот, что они только что совершили друг над другом.

Всё начинается с письма. Обычного такого письма в шершавом конверте и с восковой печатью Ордо Фавониус. По-хорошему, там должен быть очередной отчёт об успехах экспедиции магистра Варки, но вместо этого Джинн читает целый трактат о каком-то ратнике из Нод-Края.

Так значит эта светяшка, – он отвесил фонарю щелбан. – была причиной всех проблем? – Варка усмехнулся, переместив взгляд на ратника. – Я бы не сказал, что всех, но… – Он думал, как правильно подобрать слова. – В каком-то смысле да, но теперь всё позади. Путешественник отлично справился и помог всем нам. – Значит, моя жертва была не напрасной! – Он гордо ухмыльнулся и откинулся на подушку, убрав руки за голову. Флинс едва заметно улыбнулся уголками губ. – Думаю, всё-таки зря.

Напившийся Варка вдруг понимает, что ему очень хочется поцеловать Кирилла. Ну и кто ему это запретит?

Пока в лунном свете стонали от воспоминаний призраки, Флинс скитался средь надгробных памятников с фонарём в руке и думал. О Рери, недавних сражениях, о том, что нужно сходить снова к Айно, чтобы она починила этот самый фонарь, и о том, что надо бы выкорчевать сорняки возле могил Светоносцев. Но думы прервал живой человек, которого Флинс ещё ни разу не встречал даже в самом Нод-Крае. Друг он ему или враг?