Между их телами — не только желание, но и обещание: быть защитой и причалом.

Иван смеётся. «Твоя модель. Я мог бы ей стать». Наступает тишина, пока Тилл осмысливает сказанные слова. «Ты действительно сделаешь это?» — ошеломлённо спрашивает он. — Почему бы и нет? — ухмыляется Иван, сворачивая на улицу, где находится дом Тилла. — Ты ведь этим увлечён, верно? Я мог бы помочь. И я хочу помочь. Тилл бросает на него недоверчивый взгляд. — Это... знаешь, не очень то просто поверить, что ты это сделаешь. В шибари важно доверие. Если ты испугаешься... — Я доверяю тебе.

Одолевший ленту вирусный тренд под залихватский трек «Tears» вызвал у Тилла не зависть, а прилив азарта. Парад безупречных красавцев и красавиц с их отполированной эстетикой казался ему скучным и однообразным. «А ведь я тоже ничего», — мелькнула у него дерзкая, вызовная мысль...

СтуденческаяAU! где Тилл видит чувства друга и сам смотрит только на него. А Иван слишком боится ошибиться и все разрушить, чтобы заметить ответную любовь. И тогда Тилл все берет в свои руки. Буквально. Начиная от плана с признанием и заканчивая ошейником с цепью.

Что будет, если в канун Дня Всех Святых от скуки провести ритуал призыва, найденный в интернете? Тилл просто хотел пошутить, нарисовав круг мелом на паркете. Он не ожидал, что на его зов явится настоящий демон. Иван пришел. И он очень недоволен, что его потревожили в Хэллоуин. А за беспокойство, как известно, всегда положена плата...

AU где наши звёздочки популярные люди, принявшие участие в тайном проекте “alien stage”. И вот, проект заканчивается, последний выпуск выходит и вся съёмочная площадка ликует. Все, кроме Тилла, который теперь для всех мёртв.

Мягкие светлые волосы были растрёпаны и беспорядочно разметались по подушке, на щеках и ушах проступил яркий румянец. Шея блестела от слюны, а кое-где были видны лёгкие покраснения, которые быстро сойдут. Безумно печально, что Тилл противился засосам и всегда находил отговорку, почему их нельзя ставить, но Иван уважал его просьбы и довольствовался малым.

(Рокерская AU) Акорн зажмурился. Осторожно повернул голову набок. Украдкой приоткрыл один глаз, чтобы подтвердить, а желательно — крайне желательно — опровергнуть свою догадку. На соседней кровати при скудном свете из ночного окна отчетливо вырисовывались две фигуры, которые активно двигались навстречу друг другу.

Он выглядел безупречно. Сексуально. Хотя Тилл всегда так выглядит для Ивана. Лучшим. Особенно он выглядел лучше всех, когда принимал за щеку.

Тилл старался аккуратно пробраться сквозь толпу пьяных подростков в спортзале, которые сейчас больше напоминали бесформенную движующуюся под громкую музыку массу, которая так и наровила окружить его со всех сторон. Субботняя вечеринка, подразумевающая развлечения и ночëвку в школе, была в самом разгаре. AU: школьные ивантиллы и игра со шкафом.

Столкнувшись с внезапной проблемой, Иван точно знал, к кому из учеников Сада Анакт обратиться за помощью

В тесных границах офисной иерархии легко потеряться — особенно когда в каждом замечании звучит не критика, а скрытое желание. Он думал, что его бесит голос босса. Оказалось — раздражение было побочным эффектом влечения.

Сначала накатывает ревность, резкая и безрассудная. Иван молча тащит Тилла в сторону школьных туалетов, а дальше всё сумбурно, затуманенно, и с закрытым ладонью ртом.

Шершавый хлопок цепляется за спину Тилла, когда тот надевает мою старую футболку, не торопясь, будто знает, что я за этим наблюдаю. Я лежу на спине, едва дышу, но взгляд от него не отрывается. Волосы у него спутанные, кожа блестит, спина ещё дрожит от недавнего, а он весь какой-то… мой.

Два человека выброшенные на помойку. Казалось бы, никому не нужные. Но, правда то совсем другая.. Они нужны друг другу…

Это произошло, когда Иван поддразнил его — Тилл уже и не помнит, из-за чего именно, — но в тот раз он задержал взгляд чуть дольше обычного, позволил себе по-настоящему увидеть, как Иван на него смотрит, и... о, вот оно, его падение. Потому что он увидел — увидел до боли ясно — отчаяние, вырезанное на его до смешного красивом лице, эту тоску, это желание, что читались в каждой черте его лица.

Тилл всего себя посвящал альтернативам, когда дело касалось Ивана – это было вполне естественно для их отношений.

Во-первых, хозяин прикончит его, если он не напишет ничего к следующему званому ужину; во-вторых, воспитатели уже допытывают его дурацкими экспериментами. В-третьих, и это самое жуткое, у него стоит столбом на Ивана, и Тилл считает это первопричиной всех его нынешних блядобед.