Уилл должен сыграть в "семь минут в раю" с парнем с вечеринки. И Майку эта идея не нравится.

Стив, поцарапанный и запыхавшийся, залезает к Джонатану в окно. Первое, что он шепчет, прижимая палец к губам: "тссс. Тише. Мама же дома."

– Я хочу фотографию с тобой, Байерс, – горячее дыхание бьёт в шею и слегка покалывает кожу.

Как там говорят, участь старшего ребенка? Поверьте, Джонатан не понаслышке знал, какого это — быть старшим.

Всего одна ночь в шумном доме, когда все разошлись по комнатам, оставив Майка и Уилла наедине с их общим прошлым и невысказанным настоящим…

— Всё нормально. Не волнуйся. Просто я… чёрт, Майк, я словно схожу с ума. Всё внутри горит. — Я тоже, — сорвалось с губ шёпотом, исповедью. И, повинуясь внезапному порыву, он медленно положил руку на колено Уилла. Жест должен был быть успокаивающим, дружеским. Прикосновение лишь усугубило положение вещей и для него самого, и для Уилла, — тогда… сойдем с ума вместе?

Майк и Уилл, проведя год совместной жизни в счастливых отношениях, отправляются на атлантическое побережье в компании семейства Уилер, которое не имеет никакого представления о том, что их сын встречается со своим лучшим другом. Лазурный океан, палящее над головой солнце, горячий песок на кончиках пальцев и целая неделя под одной крышей с родственниками. Что может пойти не так?

джонатан всё ещё фотограф, только для каждого автора нужен свой зритель, или критик. и он находит его в стиве.

— Знаешь, я хотел бы, чтобы всё сложилось иначе, но никогда не понимал почему… то есть как это произошло с нами, — Стив смотрит, пристально что-то обдумывая. Он наверняка думает о том же, может быть так же часто как и сам Байерс. А может и чаще.

Нет, это не очередная сопливая мелодрама, а грёбаная жизнь Стива Харрингтона.

Возможно, этого было мало для того, чтобы возместить все их потери. Но, стоя посреди гостиной, Билли думал, стоит ли им поменять этот уебищный диван — он впервые не думал о том, во сколько сегодня ему стоит утопиться в ванне.

Весна 1986. Эдди сидит на пассажирском сидение Chevrolet Camaro, закинув ноги на бардачок и куря в открытое окно. Подобное Билли позволяет немногим, точнее никому, кроме Эдди.

Джун Хо смиряется с существованием острова и смертельных игр, навеки оставляя попытки береубедить брата, который в качестве подарка спихивает на него настоящего ребёнка и карточку с миллиардами вон в придачу. Будучи ответственным младшим, Джун решается забрать малышку с собой и переехать подальше из Кореи, дабы начать новую жизнь. Кто же знал, что сумевший выжить рекрутер отныне вербует игроков прямо на улицах Лондона?

Стив Харрингтон - бесповоротно, безоговорочно, целиком и полностью - влюблен в самого удивительного человека из всех, кого он, когда либо встречал.

Эдди Мансон, этот школьный фрик, не был в списке его интересов. Можно сказать, он вообще ниже радара был. Но Эдди на него засматривался почти так же, как он сам на Стива. Только не в упор, не вызывающе, скорее внимательно.

Они молча стоят вот так и смотрят друг на друга. Изучают лица, скользят взглядами по волосам, глазам и губам и вряд ли думают о чём-то конкретном. Стив думает о том как же всё это странно, Джонатан, наверное, думает о том, чтобы достать ещё одну сигарету.

Стиву надоело, что Джонатан думает, что он соревнуется с ним из-за Нэнси, а не потому, что ему нравится его дразнить.

— Ну, что ты хочешь услышать от меня? Мы переспали, да, снова. Ты мой продюсер и пиарщик.. ты это знаешь лучше всех, творческим людям иногда нужна.. разрядка и ты рядом, это очень удобно, для нас двоих, конечно же. — Удобно. — повторил Майк с грустью и досадой. В горле у него стоял ком, — А я тебе кто, в конце концов? Только продюсер? Пиарщик, который «удобно» лежит в твоей постели? Уилл, ты издеваешься или шутишь?

— Это был ты. — Джонатан недоуменно моргнул, ожидая продолжения, но Стив молчал. — Я... что? — Это на тебя я пытался произвести впечатление. Не на Нэнси. — Джонатан замер от неожиданности, а затем тряхнул головой, уверенный, что ослышался. Этого просто не могло быть.

Стив Харрингтон привык быть королём. Желанным, уверенным, недосягаемым. Но за идеальной оболочкой скрывается пустота, которую он отчаянно пытается заполнить. Когда его мир начинает рушиться, единственным, кто остаётся рядом, оказывается тот, кого он привык ненавидеть – Джонатан Байерс.