"Все, лишь бы не слышать, его, да? - а вот это - уже не он, а что-то, живущее в нем последние бесконечные недели. Что-то слишком глубокое и щемяще личное, воющее бездомной изголодавшейся собакой. Что-то, куда более смелое, чем он сам. - Стоит вспомнить, как он просто назвал тебя по имени и у тебя тут же подгибаются колени, не так ли, Холландер? Какого это, м? Какого знать, насколько ты жалок, пока все вокруг тебя думают совершенно обратное? О, наверняка ощущается просто ужасно..."

Шейн говорит маленькую глупую ложь, потому что устал быть скучным, и вдруг узнает, насколько Илье не все равно.

«Кто этот фрик, который ворует джерси Ильи Розанова, в котором тот только что отыграл матч?» Серия точечных краж превращается в загадку масштаба всей лиги. Все сходят с ума. Илье наплевать. А Шейн… Шейн запирается в пустых туалетах, утыкается лицом в украденную ткань и дрочит себе до мозолей, будто конченный извращенец. Он думает, что это секрет. Илья знает лучше.

Ко всеобщему удивлению, Шейн Холландер подписывает контракт с «Кентаврами» одновременно с Ильёй Розановым. За их плечами — годы непрерывного соперничества, а ещё — проведённая вместе ночь, которую ни один из них не в силах забыть. ИЛИ: Соулмейт АУ, где метки отчётливее проявляются на коже по мере того, как крепнет связь между родственными душами.

Шейн поднял голову — его глаза были полны непролитых слёз — и признался: — Кажется, я гей. Первой мыслью Ильи было «Да, блядь, неужели», вот только Холландер выглядел так, будто это признание вслух полностью его сломило. Вот же дерьмо... Или: Илья уходит из клуба один, но получает звонок от Шейна, который в состоянии нервного срыва. Шейн переспал с Роуз, увидев Илью в клубе, и осознал, что, возможно, он гей. Сейчас они не общаются, он может обсудить это лишь с одним человеком — с Ильей.

— Что случилось со Скоттом Хантером? Мне нужно знать всё. Он играл ужасно, как и два дня назад в Бостоне, — довольно бегло говорит Розанов. Его английский постепенно становится лучше — или Шейну просто так кажется, потому что большую часть времени они месяцами вообще не разговаривают. ИЛИ Илья связывается с Шейном по FaceTime после игры, чтобы узнать, почему он подрался со Скоттом Хантером.

Илья начинает новую игру: использовать русский язык, чтобы смутить Шейна на публике. Шейн ужасен в этой игре.

После инцидента Шейна в больнице навещают его родители, Илья, Хейден и Клифф. Шейн под действием сильных обезболивающих не может скрыть своих чувств.

А что, если игроки «Оттавы» решат провести командный вечер за «Игрой для молодоженов»? Всего десять вопросов, и нужно угадать, кому принадлежат случайным образом вынимаемые из стаканчика ответы.

Под действием обезболивающих Шейн становится дурашливым и непоседливым. Илья просто пытается удержать его на месте, лишь бы только тот перестал шептать ему на ухо: «Папочка».

«— В любом случае я научился звучать как профессиональный порно-актер. Я надеюсь. Тебе понравилось? — Хадсон обернулся на Коннора».

Илья Розанов попадает в крошечную аварию (с его слов). Шейн Холландер устраивает полномасштабную паническую перезагрузку системы по этому поводу. Параллельно где-то в коридоре Хейден молится о том, чтобы его кто-нибудь швырнул в озеро, или чтобы всё оказалось одним большим пранком, или чтобы на него упал метеорит. Он, правда, не привередливый. Джей-Джей тем временем пытается вывести кислотой из мозга картинку того, как их милый капитан страстно целуется с Ильёй-всем-пизда-Розановым.

Когда Шейн заходит в гостиничный номер в Бостоне, на кровати лежит знакомое джерси Рейдерс, номер 81, а “Розанов”, написанный четкими белыми буквами, словно насмехается над ним. "Ни за что," моментально говорит Шейн. Или, Илья трахает Шейна, пока Шейн в его джерси.

Голос Шейна сорвался почти до шёпота, когда он признался: — Я облажался. Серьёзно облажался. Илья остановился как вкопанный. — Что ты имеешь в виду? — Он знает. Скотт Хантер, чёрт возьми, всё знает. — ИЛИ: Шейн звонит Илье в слезах после драки. После всего Илья отчётливо даёт понять Скотту Хантеру, что думает об этом.

— Нет, он ударил меня ещё до того, как я его так назвал, — признаётся он, потирая затылок. — И ударил я скажу на ура. Снова наступает тишина — на этот раз глухая, тяжёлая. Гораздо серьёзнее. Шейн почти физически ощущает, как Розанов разбирает по кусочкам его слова, и сам он застывает, вцепившись в край столешницы, дожидаясь, пока тот заговорит. — Что ты имеешь в виду? — наконец спрашивает Розанов. — Что значит «ударил на ура»? Что это значит?

Как же Илья обожал запах Шейна. Раньше, до того, как весь мир узнал об их отношениях, о том, что один из лучших игроков НХЛ омега, он мог чувствовать его лишь в краткие мгновения встреч. Поэтому сейчас он наслаждался им сполна, а беременность лишь еще больше раскрыла карамельно-кофейный аромат омеги, дополняя его.

«Мы даже не поцеловались.» История, в которой Шейн всё же отправляет это сообщение, а Илья бросается за ним вдогонку.

Была одна вещь, которую Шейн не мог дать Илье.

Шейн испытывает сабдроп после их встречи в Вегасе. Илья исправляет ситуацию.

Шейн просит прощения, но дело в том, что Илья не в силах противостоять собственному бешеному вожделению, которое накрывает с головой. Он извращенец до мозга костей и ничто не исправит его, ничто. Холландер подкармливает это чудовище внутри своими выходками, и сегодняшняя — за гранью.