После битвы с Векной каждый из них выбирает одиночество. Майк думает, что отдалиться — значит спасти. Уилл думает, что молчать — значит сохранить. Но когда Майк наконец ломается, Уилл оказывается рядом — и слова, сказанные не тому, наконец находят адресата. Или как, по моему мнению, должна была выглядеть финальная сцена 5 сезона.

Николай сжимает власть в кулаке, но чем крепче хватка — тем сильнее трещины. Государство дышит ненавистью, заговоры множатся, а он больше не может терпеть этот груз в одиночку. В глубине души зреет странная, постыдная жажда: чтобы кто-то наконец заставил его сдаться. Николай понимает — контроль можно терять по-разному. Иногда для этого достаточно одного приказа... который он сам же и отдал.

Когда это случается в первый раз, Олег обещает, что всё будет в порядке. Серёжа ни капли не сомневается.

Они такие вот милые женатики Среди всего пиздеца в своей жизни хочется чего-то тёплого и милого

Русские поезда — воистину впечатляющая вещь. Так решил французский студент по обмену Иоахим Мюрат, только зайдя в салон. Непонятная вонь, теснота, в которой человек его роста еле как разворачивался, неприветливые лица соседей, верхняя полка — слава Господу не боковая — и семь дней песпрерывного чух-чух от Москвы до Владивостока. Но, может, русские поезда не так уж и плохи, если в них ездят такие чудесные незнакомцы, как тот, что повстречался Мюрату на одной из остановок?

Если допустить, что есть Бог, тогда нет верующих. Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас; Евангелие от Матфея 17:20 Как много ты видел людей, способных двигать горы телекинезом?

Робин всегда слишком много. Слишком громко, слишком размашисто. Нэнси долго думает, что хочет быть такой же, но скоро понимает, что это не зависть. Что ей достатосно просто быть рядом с Робин, не обязательно быть ей самой, чтобы грудь не разрывало от отвращения к себе. Чуть позже она думает, что спутала зависть с ревностью.

После возвращения из Изнанки жизнь Уилла — это быть невидимкой. Всё меняется, когда школьный король Майк Уиллер неожиданно защищает его. Между популярным парнем с идеальной репутацией и травмированным изгоем вспыхивает запретное влечение, которое грозит разрушить их устоявшиеся миры. Им предстоит выбор между статусом и чувствами, ложью и правдой, страхом и тем, что может быть настоящим.

Он чувствует, как Уилл цепляется за его рубашку – весь нуждающийся, но пока не проявляющий напористость. Прижимается к нему поцелуями так, будто лишь просит – не требует. Он может быть таким настойчивым, но если к нему правильно прикоснуться, тут же размякнет в руках Майка. Или красное вино творит с Уиллом Байерсом чудеса.

Майк завоёвывает империю Кареш и попадает под чары танцора со змеиными глазами, который даже не пытается скрыть своего намерения затащить его в постель.

Санкт-Петербург — чудный город со своей историей, роскошный и яркий. Как же трудно не привлекать внимание, когда так хочется выгулять весь свой гардероб. А ещё произвести эффект на русского генерала, который точно знает толк в нарядах и оценит старания Иоахима по достоинству. Мишель — так его зовет французский маршал — обещал познакомить Мюрата с русскими традициям. А Мюрат намерен доказать, что он умеет выпивать и остаться трезвым. Это же не доставит проблем? Поездка обещает быть занятной.

Сизые глаза Наполеона распахнулись, но еще не приняли осмысленное выражение. Он уже знал, что что-то не так. Наполеон умел управлять своим сном, он точно знал, когда ему стоит проснуться. Но сейчас он очнулся от сна не потому что он отдохнул заявленные четыре часа. Там где раньше постель грелась Александром, теперь ощущался лишь холод. Когда к Наполеону вернулось зрение, он сам в этом убедился. Место, где раньше мирно отдыхал русский царь, теперь пустовало.

Кикимер нарушает приказ Регулуса и переносит его из пещеры Тёмного Лорда на лужайку дома Поттеров.

Александр снова повторяет, почти вслух, что он ни в чём не виноват. Просто новогодняя фотосессия. Четыре фотографии под тегом нюдсочетверг. Сегодня уже понедельник, но он до сих пор, словно наяву, видит, как закручивается этот жуткий водоворот, готовый поглотить его последние нервные клетки.

Были правители женщины. Не было правителей омег. Или они никогда этого не раскрывали. Корица, бергамот и апельсин. Александр знает, что этот запах станет его приговором.

Давай, расцарапай мне спину, доберись до сердца

— Поговори с ней, Майк! В голосе Уилла слышится паника, и Майк смотрит на него, он так сильно хочет взять его за руку. Так сильно хочет, но слова Уилла опережают, проникают прямо под кожу и разбивают сердце, забирая с собой его метку. — Ты - сердце, Майк! Ты - сердце! Майк чувствует боль и понимает, что слова на запястье стали чёрными. или Майк Уилер каждый год, со всей болью, которая приходит с возрастом,влюблённости в своего лучшего друга и перестаёшь быть его родственной душой. Возможно.

На футболке расползаются небольшие мокрые пятна. И между ног становится тоже влажно. В Нам-гю борются остатки гордости и желание пустить все на самотек, доверяясь Су-бону.

— Мне кажется, что моя смерть — самое простое решение. С моей смертью исчезнет и Изнанка. Уилл слышит, как Майк сглатывает рядом. — Уилл, я бы позволил миру сгореть дотла, если бы это означало, что ты останешься в нём. Они снова в Хоукинсе. Всё вроде бы как всегда. Только — да, апокалипсис всё ещё в самом разгаре. У Уилла идёт кровь из носа. А Майк, который пожертвовал бы всем миром ради своего лучшего друга, всё равно продолжает его терять.

«Но сначала скажи мне. Ты был так уверен, что у меня кто-то был. Сколько раз ты спал с тем парнем?» История Уилла Байерса, который уехал из города на три года и потерял контакт с Майком, который изменился до неузнаваемости, и о последствиях проверки ревностью.