и иллуги, в который раз привычно стучал в двери маяка определенным образом: три коротких стука, один длинный и вновь два коротких. после небольшого промедления, флинс уже приглашал его на чай.

Откликаясь на горесть после столетнего сна, Флинс не ждал, что найдёт в нынешнем мире что-то ещё, настолько же бередящее холодное сердце. Иллуга нашёл его сам.

Все его чувства, как одно, скатились крупной каплей древесного сока по щеке. Одиноко и без шанса на продолжение; без шанса на то, что Иллуги полноценно даст им выход. Сколько таких капель было и сколько ещё будет? — он заточит себя в крепкий янтарь, становясь примером для других, своей яркой бронёй отражая солнечные лучи и освещая путь для всех.

На свете было множество дорог, но все они вели к Лесу. И, сколько Иллуги себя помнил, он всегда знал, что однажды ему предстоит ступить на одну из них, исполнить предсказанное и вернуть людям право мирно и счастливо жить на своих некогда широких и плодородных землях. Лес подступает все ближе, и Иллуги шагает в него с горящим фонарем наперевес — однако у судьбы на него, кажется, другие планы.

Флинс видит призрак Иллуги после его смерти

Удары товарищеского копья против монстров ощущаются водной рябью в воздухе, чем-то незначительным. Но теперь он уже не слушает — не слышит. Теперь этот несчастный командир, полностью доверив дальнейшую судьбу товарищу, может спокойно отдохнуть. Смех прекратился, воля жить тоже.

Со временем это стало их маленькой игрой – Иллуги приходил, делал одну попытку и успокаивался до следующего раза. – Не верю. Это было почти стопроцентное попадание, не отрицай. – Молодой господин, ну какой же я тебе леший? Или четыре раза, когда Иллуги пытался угадать личность Флинса, и один, когда он почти всё узнал.

Илюша взялся за волосатую ногу и потянул, не понимая на что он надеется Кирилл резко подтянул к себе ногу, тело Ильи поволочилось за ней, после дотащил его до своего уровня и прижал к себе. Илья увидел как по животу Кирилла прошла волна от прикосновения с ним, он тут же покраснел, но не сопротивлялся. -Знаешь, Илюша, я давно кое-что хотел.

Воздух в конце мая наполнен густым ароматом сирени. Её аромат – терпкий, сладкий, пьянящий – проникает повсюду, заставляя забыть о повседневных заботах. А ещё сирень – кладезь суеверий. Все, хоть раз, гадали на цветах кустарника, в поисках заветного пятилистника на ветке.

В Нод-Крае не спрашивают о прошлом, но Иллуге любопытство часто выходит боком. В Нод-Крае не спрашивают о прошлом, но Иллуге до боли хочется выпытать у Флинса всю его историю

Лицо Иллуги прячется в тенях, но глаза горят жутким дьявольским огнём. Он стоит неподвижно, как отлитая в бронзе статуя, и только дёргающиеся уголки губ свидетельствуют о том, что он в сознании. В том, что Бездна оставила от его сознания

...Облизнувшись, Флинс пропел сиплым голосом от его живота, оглаживая пальцами тазовые косточки: — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. Уже не могу дождаться более... близкого знакомства с твоими новыми "друзьями". Волоски у паха тронуло чужое дыхание. — А теперь, — промурлыкал альв смешливо и азартно, полня глаза знакомым огнем, — не поделишься ли со мной занимательной историей, как эта милая авантюра пришла тебе в голову, пока мой рот будет немного занят тобой здесь?..

— Ты сам сказал, что лучший отдых — смена деятельности, — в глазах Иллуги блестели озорные огоньки, — И сам пришел сюда ко мне в лапы.

Иллуга всегда был преданным членом команды, который всегда старается поступать во благо и поддерживать своих товарищей. Несмотря на его добрые намерения и старания, окружающие зачастую воспринимают его как девушку из-за его внешности и небольшого роста, или делают непристойные замечания о его любви к доминированию мужчин. Что же произойдет, когда его верный товарищ Флинс узнал про это? Примит его таким какой он есть или отвернется, как и многие другие?

Кирилл привык, что его приказы исполняют. Иллуги привык их игнорировать.

Вот погасший фонарь, без которого не вернуться домой. Вот Иллуги с погасшим фонарём, без которого не вернуться домой. Вот тёмный лес, где Иллуги застрял с погасшим фонарём, без которого не вернуться домой. И, наконец, вот лежащий в отключке человек, которому очень вероятно требуется медицинская помощь полярной ночью в тёмном лесу, а рядом с ним только Иллуги с погасшим фонарём, без которого не вернуться домой. Вопрос к происходящему возникает всего один. Что делать-то теперь?

Когда двое влюблённых упорно молчат, иногда нужен третий, особенно если этот третий слышит их мысли. Или два раза когда Линнея пыталась подтолкнуть на признание Флинса с Иллуги, и третий, когда проговорилась.

— Кто ты? ‒ выдохнул Иллуги. Мужчина улыбнулся. Странно. Тепло. Будто знал его очень долго. — Меня называют по-разному, ‒ его голос, окутанный призрачной дымкой, звучал прямо в его мыслях. Как тот, что Иллуги слышал до этого. – Но ты можешь звать меня Флинс. И я здесь, чтобы исполнить твои желания.

Иллуги вернулся домой измотанный долгой битвой с монстрами. Но возвращение не принесло ему облегчения. Он знал, что привёл в свой дом одного монстра дикой охоты. Флинс не был похож на других противников, с которыми Иллуге приходилось сражаться. В отличие от них, это порождение бездны было менее агрессивным и обладало разумом. Флинса вполне можно было принять за человека, если бы не его тяжёлая демоническая энергетика.

Вернувшись с ночного патруля, Иллуги засыпает и не просыпается. Никто не знает, что с ним. Флинс сторожит его сон, в надежде, что его соловей проснётся.