Хэппи вызывался разобраться со всем сам, раз Драгнил не горел желанием, но убийца драконов запретил, так что коту оставалось только наблюдать за естественным ходом событий и не вмешиваться, как будто он был космическим исследователем, чтящим принцип не помогать другим формам жизни в процессе их эволюции, ведь они должны развиваться самостоятельно. Форма жизни «Нацу», впервые влюбившаяся в двадцать с хвостиком, по мнению хвостатого исследователя, развивалась не слишком быстро.

Стоило Ур увидеть слёзы в глазах Грея, она поняла — жертва не развеет его тьму. Мальчик пронесёт это в душе до конца своих дней, будет винить себя, будет себя ненавидеть. Как бы волшебница ни хотела одолеть демона, который разрушил жизнь этого ребёнка, она была не готова стать новым демоном, новой тьмой, причиной ещё больших слёз. Грей умолял её остановиться, и, скрепя сердце, она остановилась, схватила его и Леона, а затем побежала.

Вечно можно смотреть на огонь, воду и красных по уши людей — от стыда, смущения или алкоголя, а еще лучше от всего вместе. Так, по крайней мере, считала Кана, особенно когда дело касалось её близких друзей.

Он пришел из своего нелепого и бессмысленного странствия, в поиске себя, ничего не нашел, вернулся и оказывается - потерял самое ценное, что имел. Своё пламя.

Одна неосторожная шутка может лишить покоя убийцу драконов, узнавшего, что на груди его друга детства, под татуировкой с гербом их гильдии, красуется имя его родственной души. Того, кто предначертан ему судьбой. И пьяный Фуллбастер, пронизывающий многозначительным взглядом, не мог не вызвать сомнений у парня, чей соулмейт еще не проявился меткой на теле.

Грей смотрел на него с такой надеждой, будто бы слова Драгнила о его запахе, ощущаемым только убийцами драконов, вот-вот откроют ему какой-то секрет человечества. И Нацу очень хотел оправдать его ожидания, но никакие слова так и не приходили в голову, даже на языке ничего не вертелось. Только "Грей" и всё.

Нацу — непреднамеренно и преднамеренно одновременно — устроил им с Греем самое оригинальное свидание, которое только можно представить.

Грей встречался с Нацу уже несколько лет, но подобрать нужные слова временами всё еще было трудно. Как и сейчас, когда мысли в его кипящей голове делились, размножаясь и переполняя его вместе с волнениями, которых было уже больше, чем положено. Он не знал, как сформулировать вопрос наиболее тактично, осторожно, и пришел к выводу, что думать — это плохо, и выпалил так же прямо, как сделал бы Драгнил: — А ты хотел бы пожениться?

То, что Нацу позволял Грею делать с ним, даже не укладывалось в его голове, но, кажется, это было взаимно.

– Ты что, никогда не читал сказку о принцессе и драконе? – спросил Нацу, а Грей нахмурился, силясь вспомнить, читал ли он такое, но понял, что единственной «сказкой» в его жизни была их гильдия.

Нацу позволял себе мечтать. Мечтать о том, как бы себя вёл, если бы его парень совершенно забыл о смущении, на секунду прекратил стыдиться себя и упрямо уклоняться от ласок. Если бы перестал быть таким робким и не стеснялся трепетных поцелуев по своему телу, закрывая лицо. Хотя, конечно, Грей был бы ужасно смущён, но представить, что он бы позволил Нацу осыпать себя любовными, едва ли не приторными ласками, Драгнил бы очень хотел.

В другой день Грей бы спустил Нацу с рук его опоздание на их тайную встречу, но сегодня он был более возмущен из-за нескольких до жути скучных часов, а Нацу слишком наивно надеялся на быстрое прощение, да и если бы хотел, то смог заговорить Эрзу, задержавшую его, так, что она сама бы привела Нацу под ручку сюда, даже не зная, что это за дом и зачем Нацу сюда приходить вообще. Слишком много "но, а, да" для одного "незначительного проступка", не так ли? Нацу должен отплатить сполна за это.

— Ты должен вернуться домой и лечь в постель, — голос Титании в доспехе Огненной Императрицы был непоколебим. Кто угодно беспрекословно послушался бы этих слов, подкреплённых тяжёлым мечом в её руках. Кто угодно, кроме Нацу… — Нихрена! — завопил Драгнил и шмыгнул носом. — Я откопал нам крутое задание, а вы тут какую-то херню выдумали!

— Ты зачем разделся!? — Да когда успел-то! Люси наблюдала за всем этим в собственном квартире, которую она снимала за семьдесят тысяч, и думала все-таки вызвать полицию за незаконное проникновение. Хэппи даже не смотрел на спор двух магов, поедая найденное мясо и жалуясь, что он больше рыбу любит.

Вместе с болью, удар Кинжала Девы принёс Джейн Чатвин проклятие — из её раны прорастали розы, и тот миг, когда шипы коснулись бы сердца девочки, мог стать для неё последним. К счастью, проклятие приняла на себя кукла — самая дорогая для Джейн вещь на всём белом свете. У Нацу целая комната забита дорогими ему вещами, а ещё у него жар, сильный-сильный жар, и волшебник скорее позволит розам пронзить своё сердце, чем друзьям — сжечь все его вещи, пытаясь найти ту самую. Ту самую вещь он украл.

Грей чувствовал себя самым противоречивым человеком на свете, ведь раньше только и твердил, как жизнь была бы проще, если бы Нацу на миссиях не вёл себя, как безбашенный придурок, но он не мог избавиться от напряжения и замешательства, когда Нацу стал вести себя иначе на одном из их индивидуальных заказов.

Дальше они ехали в тишине — смотрели на пролетающие за окном пейзажи озер, рек, лес и полей; высокого голубого неба с неаккуратными мазками пушистых облаков и яркого круглого солнца, изредка за ними скрывающегося. Только через некоторое время Люси поняла, что Грей заснул следом за Нацу — его голова прижалась к холодному окну, глаза закрылись, а лицо расслабилось.

Когда они прибыли в эту совершенно непонятную им страну, Нацу все время чудились осуждающие взгляды. Здесь было невыносимо жарко, женщины ходили в длинных черных балахонах, из под которых были видны в лучшем случае лица. Gratsu week день 7 (утешение/признание в любви)

Первое, что они сделали на кухне — задернули шторы. Они почти не разговаривали, но много улыбались, когда сталкивались взглядами. Нацу узнал, что у Грея много трещин в ребрах после битвы с Э.Н.Д. Грей отметил, что Нацу сложно брать многие вещи в руки, так как кожа на ладонях пересушена жаром и растрескалась. Gratsu week день 1 (уход за больным/совместное хобби или досуг)

Грей, затаив дыхание, будто оно могло что-то нарушить, медленно опустился на колени между специально широко расставленными ногами его Бога. Нацу смотрел на него сверху вниз, расслаблено и даже несколько лениво, чуть склонив голову, как любопытный кот. Грей едва не улыбнулся от этого сравнения. Его Бог и кошки действительно были чем-то похожи — своенравные и игривые, но верные до мозга костей. AU, в которой Нацу — Бог, а Грей его верный и любимый служитель.