Господи, это же бред. Потому что они оба под наркотой ... которая всего-то вызывает всплеск дофамина, а не изменяет сознание. Тебе просто чуть веселее обычного, ты можешь расслабиться, и оправдание не прокатывает. Обычно люди называют это так: похоть. Но такие романтичные ублюдки, каким рос и однозначно намеревался стать в зрелости Тео, называют это любовью.

и другие слова, которые мог бы сказать Борис Тео за время их недо-отношений.

На вечеринке в честь помолвки Китси и Тома неожиданно появляются Тео и Борис.

выцветшие и яркие эмоции, дружба с зарождающейся влюблённостью и странные танцы в темноте.

- Ну ты и бредишь, durak, тише, ложись, поспи, - а потом - тихо, взволнованно (?), акцент проступает сильнее обычного. - Я тебя тоже, Тео.

Около зеркала, вглядываясь в него, стоял Борис, прикладывая к уху сережки с зелеными изумрудами. Сережки, которые Тео узнает из тысячи с первых же секунд.

Сейчас Тео тридцать шесть и он живёт в северной части Нью-Йорка. Не за горами Рождество, поэтому он спрашивает Бориса, не хочет ли тот приехать. Борис хочет. Его приезд приводит к нежным моментам и обсуждению сексуальной жизни Тео.

Жизнь Тео всегда делилась на до и после. До теракта в музее и после него. До смерти отца и после неё. До потери картины и после неё. До Бориса и...

— Я нашёл тебя, а ты нашёл меня. И это пиздец, как удивительно.

чем дальше город, тем лучше пейзаж

- Борис.. - я сглотнул подступивший предательский ком. - я не хочу уезжать.

у тео – медно-золотистые волосы, россыпь веснушек на плечах, песни “queen” в плейлисте. у бориса – вечно ледяные руки, чёрный зонт, влюбленность и незнание;

Борис смотрит на него в упор, некомфортно долго, поджав губы. Тео хочется встать и одеться, но он даже не видит, где его одежда - на полу, прекрасно, - и это тоже не по правилам. Он оставался один, в холодной постели и компании аспирина, приходить в себя и забывать.

о дыме, созвездиях и шелке.

Тео под взглядом Бориса сжимается в ожидании удара, и Борис смеется белозубо, бьет наотмашь, сигареты тушит о запястье Тео, а Тео стискивает зубы, чтобы не заплакать, потому что мальчики не плачут.

Борис появился в моей жизни нахальным пареньком, дерзилой с задней парты, а потом пророс внутрь меня, словно вторая кровеносная система.

У Бориса цепкие пальцы. Тонкие, с яркими синюшными венами, запястья. А на спине между мышц выступают крупные бусины позвонков.

Постканон. Картина в музее, Тео и Борис в Амстердаме, и оба они пытаются жить дальше. Они бы давно друг друга нашли, если бы не были такими упрямыми баранами, – думает Хоби. Тео думает, что Борис создает слишком много проблем. А Борис... Борис просто любит Тео.

Тебе память по пьяни отшибает, Поттер, ты ведь знаешь, да? ©

Тео не знает, как относиться к тому, что Борис постоянно кличет его Поттером. Нет, он определенно не против, это звучит мило, и у него что-то в груди надрывается, когда он слышит «шшш, Поттер, это я» в ночи, во время панической атаки, усиленной четырьмя бутылками пива и косяком, выкуренным на двоих. «Это не витамины, Поттер, это Викодин!» звучит очень забавно в сочетании с борисовой насмешливой улыбкой и выразительным взглядом, но Тео хоть иногда хочется слышать собственное имя из его уст.