В далёкие времена Древнего Рима Азирафель соблазнялся не только на устриц, но и на прочие человеческие увеселения и сразу решил, что Кроули ни за что не должен об этом узнать. В двадцать первом веке Кроули застаёт ангела выходящим из гей-бара под ручку с каким-то парнем.

Они говорят. Сидят в одной комнате, пьют из одной бутылки, чертят взглядами приевшееся окружение. Кроули говорит про то, как он хочет трахнуть Азирафеля, Азирафель говорит про то, как его постоянного клиента мучает радикулит.

Азирафаэль не допустит, чтобы в жизни Кроули был кто-то ещё, помимо него.

Наступает Рождество, которое ангел и демон спустя шесть тысяч лет, наконец, проведут вместе.

Азирафель и Кроули спорили, спорят и продолжат спорить. И всегда в их спорах был и победитель, и проигравший. Но в этот раз, хоть Азирафель и проиграл, он чувствует себя победителем, поглаживая огненные пряди греховного и горячо любимого Змия.

Проводя почти всё своё свободное время в книжном, Азирафаэль любил частенько поклевывать носом. Вернее, как любил - это получалось случайно.

Почему ангелы не танцуют?

Кроули кричит на всех, кого любит - посмотрите на его оранжерею. Кроули кричит за всех, кого любит - кто сказал, что демоны не могут умирать в пламени. Кроули кричит от того, кто, где, чем и как его любит - и кто может его в этом упрекнуть.

согласившийся на партию шахмат с другом,Азирафель вряд ли мог себе представить,чем это закончится

— Порнография совсем не помогает, — пожаловался Азирафель. Кроули подавился вином, забрызгав стол. — Что ты сказал? — переспросил он, откашлявшись. — Я сказал — «порнография совсем не помогает», — со значением повторил Азирафель и посмотрел на Кроули так, будто именно демон и был в этом виноват.

Кроули хищно прищурился, разглядывая римлянина, так опрометчиво повернувшегося к нему спиной. Простые белые одеяния прятали аппетитную фигуру от горящих желтых глаз и только подстегивали жадное любопытство. О, Азирафаэль определенно стоил того, чтобы задержаться ненадолго в Риме.

Азирафель соглашается сыграть в игру с коварным демоном

— Святые угодники! — выкрикнул Азирафаэль. — На святого у нас тянешь только ты, — улыбнулся Кроули. — И сегодня именно ты будешь угождать моим прихотям.

Невозможно было пройти мимо и не воспользоваться склонностью Ангела и Демона к совместному распитию спиртных напитков. Ведь как мы все хорошо знаем - пить надо меньше!

Как сказала моя подруга:"Шесть страниц описания груди Азирфаэль и капля сюжета".

Азирафаэля забирают на Небеса и заставляют съесть плод, наполненный сывороткой правды. Он думает, что им с Кроули пришел конец. К счастью, сыворотка не подействовала, и Азирафаэль возвращается домой целым и невредимым. Но когда Кроули сидит так близко к нему, почему ему вдруг становится так трудно держать свои мысли при себе?

«Ангел смотрит на него сквозь маленькие прозрачные стекла и дарит одну из своих предназначенных только для Кроули улыбок. Он легко разворачивает их обоих и ненавязчиво теснит демона к шкафу — Кроули чувствует, как полки с драгоценными фолиантами упираются ему в лопатки. Азирафаэль целует его в скулу, в шею, в ключицу, касаясь ладонями ребер, и опускается перед демоном на колени.»

Да, Дэвид накосячил, и, чтобы Майкл его простил, простым "постоять в углу" он не отделается...

Азирафель поднимает колени выше, обхватывает его бедра сильнее, нетерпеливо дергается навстречу — и очередной толчок приходится не под тем углом. Прямо в ту особо чувствительную точку, которую Кроули намеренно задевал лишь мельком. Взвыв, ангел рефлекторно сжимает зубы у демона на плече. Боль расплескивается по нервам, смешивается с ощущением подступающего оргазма в кипучую, взрывоопасную смесь. ...Это был момент, когда ангел, сам того не желая, подал своему демону идею.

Легенда о Деве и Змее, столкнувшаяся с грубой реальностью.