Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

Зрачки Хэ Сюаня сузились, когда лопата Повелителя Земли приземлилась рядом с ним на песок. - Какого черта ты здесь валяешься, жалея себя? – Хуа Чэн цокнул языком и упер руки в бока. – Ну и жалкое же ты зрелище, Черновод. А я-то было подумал, что сам разберешься с этим бардаком. Хэ Сюань продолжает незаметно наблюдать за Ши Цинсюанем, пока случай не заставляет его вмешаться. Также что-то странное начинает происходить с водой в Черных Водах.

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

Хуа Чэн обожал своего бога. Любовь, вся нежность, чувства в груди – цветут. Непередаваемо. Каждую частичку своих чувств пытаясь выразить в действиях и словах, князь демонов понимает - невозможно.

Эмин — очень нежный и чувствительный меч, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Хуа Чэн — очень нежный и чувствительный демон, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Се Лянь очень подходит на эту роль и очень, очень занят.

Се Лянь этого не видит, но знает, что Хуа Чэн улыбается, когда говорит: — Мы спали рядом, гэгэ. — Но не были достаточно близки, — тут же отвечает Се Лянь с невозмутимым лицом. Тепло всё равно подкрадывается к его шее. Иногда ему снятся кошмары.

Се Лянь удивляется, когда просыпается без Хуа Чэна рядом. Когда он узнает, что Хуа Чэну приснился кошмар, он делает все возможное, чтобы заставить его чувствовать себя в безопасности и любимым.

Се Лянь тратит слишком много духовных сил, и Хуа Чэн не успевает вовремя помочь ему, из-за чего его дорогой муж получает искажение ци. Или история о Собирателе Цветов Под Кровавым Дождем, который, наконец, смог отыграться за те случаи, когда принц сажал его в детском облике на колени и тискал за щеки.

Неприятные сны приходили к Се Ляню нечасто. Утомлённый заботами Владыки Небес или любовной игрой, он засыпал в объятиях Хуа Чэна, до рассвета погружаясь в удивительные картины, полные красок, тепла и неги. Он почти забыл, какими на вкус бывают кошмары, перестал метаться со стонами, вздрагивать и просыпаться от собственного крика. В каждое сновидение он погружался, как в тёплую воду…

В объятиях своего возлюбленного он может обнажить своё сердце, может выставить напоказ свою душу, Хуа Чэн может быть слабым и неуверенным, и его всё равно будут любить и лелеять. И это всё, что ему нужно, чтобы обрести покой, когда ночью он закрывает глаза, когда они в одной постели в объятиях друг друга.

Когда Хуа Чен простужается, Се Лянь обеспокоен и намерен позаботиться о своем супруге. На этот раз, оказывается, лихорадочные сны могут стать кошмаром для обоих.

Принцу Сань Лэ никогда не приходилось думать о том, как выглядит его душа. Хуа Чен никогда более не хотел видеть, то, что осталось от его души. А вот Эмин и Жо Е никогда не думали о том, что им будет дана возможность обрести духовные тела. Пускай и на такой короткий срок...

Несмотря на то, что он точно засыпал в своей кровати, проснулся Се Лянь в совершенно незнакомом месте. Что-то ему подсказывало, что его супруг знает, в чём дело. // Продолжение изучения темы кошмаров Короля Призраков.

Хуа Чэн иногда поет для Се Ляня. Но каждый раз, когда Се Лянь спрашивает об этой песне, его вопросы остаются без ответа.

С приближением их годовщины Се Лянь полон решимости сделать что-то такое, что понравится Хуа Чэну. Подарок, чтобы отпраздновать их совместную жизнь, чтобы продемонстрировать полное обожание, которое он испытывает к человеку, с которым решил провести вечность. Если бы только он мог что-нибудь придумать.

Князь демонов и его тихая, нежная песня.

Хуа Чэн измазался в туши

Обычный день из жизни Се Ляня и Хуа Чэна.