Буря надвигается на Мондштадт, а Кэйа неожиданно возвращается.

Дилюку шестнадцать, и он безнадёжно влюблён в своего названого брата.

А Кэйа весь горячий и смеётся как дурак, тянется к чужим губам, забывая, что у Дилюка свои правила.

Насколько неловко по шкале от нуля до десяти было бы кончить от того, что лучший друг погладил тебя по коленке?

Кэйя трахает Дилюка у стены.

У Сяо фетиш на длинные волосы. А Итэр и не против.

Дилюк задумчиво натирает изящный хрупкий стеклянный бокал для шампанского, устало вздыхает и едва слышит где-то на задворках сознания лёгкий запах свежести смешанной с водянисто-травяным, чем-то смутно знакомым, но невероятно мягким, родным. Откуда она — нежная озëрная лилия? 9.08.22 upd под письма с ивента.

— Вы слышали об истории фестиваля Циси?, — загадочно сказал Чайльд, ковыляя пальцем своим маленьким друзьям-путешественникам. — Речь идет о паре влюбленных, которые могут встречаться только раз в год. Это очень старая сказка о Ли Юэ, но до меня доходили слухи, что эта история на самом деле основана на адепте и его возлюбленной. Они пара Альфы и Омеги, которая могла встречаться только раз в год. — Встреча Альфы и Омеги только раз в год?! - Паймон пришла в ужас от этой новости.

— Спасибо, что подписал наш с тобой контракт. — Чжун Ли складывает бумаги и подходит к тумбочке. Он аккуратно кладёт их в выдвижной ящик, затем поворачивается, улыбается и смотрит на Сяо. — Давай начнём с простого. На кровать, принцесса. — Хорошо, — Сяо краснеет, вспоминая о правилах, прописанных в тех бумагах. Он смотрит в пол и даже не старается установить зрительный контакт с мужчиной, — Мастер.

На третий день пожаров жители селенья достигают предела отчаяния и просят Сяо задобрить Моракса.

— Ой, мастер Дилюк, так вы помолвлены? Поздравляю вас! — искренне радовалась Люмин. — Кто она? Красивая, наверное? Тоже благородных кровей? Мы её знаем? — без остановки сыпала вопросами Паймон. И только Дилюк смотрел на бокал, выскользнувший из рук, и думал: «да, Паймон, вы «её» знаете. Кстати, сэра Кэйю не видели? Надо сообщить ему о нашей с ним помолвке».

Дилюк ревнует.

Сука — это процесс превращения другого альфы или беты в омегу посредством доминирования и прямого оплодотворения спермой альфы.

Он положил ладонь на обнаженную полоску живота, невесомо погладил её пальцем — обжигающий жар внутри слегка унялся, но так никуда не делся, как и пару недель назад, и Чайлд прикусил губу, надавив сильнее, сильнее, в бесполезной попытке добраться до того, что там... жило.

— Слушай, это просто мои соски, ничего интересного…

Кто же знал, что еженедельную тренировку может испортить течка...

Сяо не любит вмешиваться, никогда не привязывается, смотрит издали и думает по-своему. Он далек от тех радостей и печалей, которыми живут люди.

Чайлд инстинктивно забивается в угол, его омежья сущность изнывает от волны альфа-феромонов, исходящих от существа. Достаточно ощутимо, чтобы испытать весь спектр эмоций: раздражение, усталость, а также... любопытство. Мужчина наклоняется к нему ближе, и на мгновение Чайлд не понимает, чего он хочет, пока не осознает, что его обнюхивают. Его шею осторожно изучают, а затем влажный раздвоенный язык проходится по обнаженной коже.

Любить Итэра до скомканных простыней и сорванного мальчишеского голоса так чертовски правильно, что у Сяо никогда не остается выбора. Он зависим, и эта зависимость приравнивается к наивысшему постулату. И пусть земля вдребезги содрогнется, но он не отпустит от себя мальчика, что озаряет его жизнь одной своей улыбкой на зависть солнцу.

Син Цю слишком увлекся делами торговой гильдии и забыл о супружеском долге. Чун Юнь вынужден действовать самостоятельно.