Окружающие постоянно думают, что Кроули и Азирафель – пара, и это заставляет ангела задаться определенным вопросом.

Кроули не просыпается.

После не-апокалипсиса Кроули и Азирафель сталкиваются с очередной проблемой: их обоих поражает таинственная болезнь. Что это: рай или ад ниспослали на них проказу или дело совсем в другом?

Кроули считает, что после своего Падения он совершенно не достоин прощения и любви, особенно от Ангела. Азирафаэль, потрясенный тем, насколько плохо Кроули о себе думает, решает внести ясность.

Кое-что говорят только в темноте.

Сборник зарисовок по непостижимым мужьям.

Приквел к "bad liar" (https://ficbook.net/readfic/8502462) Рафаил открыл глаза, которые у него теперь были, и увидел свет. Он был мягкий, как что-то мягкое, чего он еще не знал, и теплый, как что-то теплое, с чем он пока не встречался. У света тоже были глаза – пронзительно-голубые, их было много, они покрывали почти все его тело – то, что было видно из-за белоснежных крыльев. Глаза смотрели всюду сразу, видели все, стерегли все, и два из них – самые главные, - смотрели на Рафаила.

Кроули всегда ведёт в их отношениях и в спальне. Но что, если он хочет по-другому? Просто не говорит.

Обмен телами позволит им узнать друг друга лучше? Или - откроет тщательно оберегаемые тайны? Азирафаэль хочет знать правду. Кроули все еще надеется увильнуть. Лопатки сводит болью. Будет гроза.

— Ох, — говорит Азирафаэль, — кажется, Кроули переехал ко мне.

Терпение Кроули заканчивается спустя шесть тысяч лет, а Азирафаэль всё так же не понимает его намёков. Единственный способ узнать, что к нему чувствует ангел - предстать перед ним в облике кого-то очень раздражающего и вытянуть Азирафаэля на чистую воду.

В книжный магазин переодически без стука и без звонка врывается желтоглазый демон. Один улыбчивый ангел этому вполне рад. Но постепенно этого становится мало. И тогда Азирафаэль приходит сам.

Со временем они оба понимали всё более ясно, что не могут насытиться друг другом достаточно, просто соприкасаясь губами, обнимаясь и держась за руки. Но хотеть большего и знать, чего хочешь - понятия с разным смыслом, и в том, чтобы соединить их вместе, как Азирафель и Кроули были уверены железно и единодушно, им было необходимо человеческое наставничество. (или история о том, почему книга, как однажды сказал многоуважаемый Нил Гейман, это мечта, которую вы держите в руках)

Гавриил смотрел на ангела с явным изумлением: - Я чувствую это! Долгое время я ощущал это между вами, но теперь чувствую ещё сильнее. Наверное, потому, что он сейчас рядом с тобой. Охваченный паникой, Азирафаэль беспокойно переминался с ноги на ногу. - О чем ты вообще говоришь?.. - Ты любишь его, - почти с благоговением произнес Гавриил. Это было не обвинением, а только констатацией факта. От удивления у Кроули отвисла челюсть, а тёмные очки сползли на переносицу...

Адам приходит к своему крестному, чтобы задать важный вопрос — как понять, что ты влюбился? Кроули вспоминает Вену, вспоминает все. И никто не знает, какую боль он хранит в своём разбитом сердце.

Пять раз, когда Кроули развоплотился ради Ангела. И один раз, когда Ангел бессмысленно «умер».

От Кроули воняло алкоголем, страстью и сексом. Он прожжен этим, и то, как он целуется — это целое искусство. Даром, что французский поцелуй придумал не он, казалось, в этом он был просто превосходен.

Азирафаэль не допустит, чтобы в жизни Кроули был кто-то ещё, помимо него.

Поскольку Кроули не силён в выражении чувств словами, он решает рассказать о них другим способом. К сожалению, Азирафаэль не проявляет чудес сообразительности в данном вопросе.

Кроули даже не почувствовал, как из его руки выпадет полупустой бокал, заливая кровью его недавнешних почти-любовников — расширенными глазами он смотрел на обнаженного, объятого страхом и паникой… Азирафеля? Кроули сомневался, в какой бы реальности он не смог узнать своего ангела. Даже сейчас, когда Азирафель выглядел, мягко говоря, неважно, изможденным, болезненным и заметно похудевшим, со связанными за спиной величественными крыльями — Кроули ни за что не спутал бы его с кем-то другим.