— Ты ещё пожалеешь, ублюдок! Я напишу о тебе слэш-фанфик и распространю так, что тобой все пидоры в универе заинтересуются! — заорала Дашка, размазывая тушь по щекам. — Ну, напиши, — фыркнул я, ещё не догадываясь, к какой катастрофе это может привести. — Вряд ли ты обладаешь таким писательским талантом, дура. Типун бы мне на язык, а ещё лучше — в бетонный блок его или под пресс, ей-богу…

Поселиться в замке Темного Властелина, будучи светлым рыцарем? Легко.

Вы поедете на бал? Я вот туда собираюсь. Ну да, светлый рыцарь на балу во дворце Правителя Тьмы. Ачотакова-то?

Я качнулся обратно к стене, привстал на цыпочки, чтобы дать рукам хоть какую-то свободу маневра, и ударил кистями по стене, выбивая большие пальцы. Ладони у меня всегда были узкие, так что вытащить руки из оков оказалось просто. После чего я парой движений вправил сустав обратно, все так же не разрывая зрительного контакта. – Э-э-э... Кажется, ёкай такого не ожидал. – Что? Оковы самурая – его честь. – А я-то наивно думал, что это метафора...

—Это?.. Широ даже не нужно слышать ответа. Он узнает эту темно-фиолетовую точку откуда угодно, даже когда зрение по прошествию войны, уничтожающих сетчатку глаза вспышек умирающих или рождающихся звезд, путешествия в астральные пространства начало подводить. И это не потому, что только корабли Марморы отличаются своей темной, пугающей окраской,— потому что только один человек может возвращаться в это время на Землю и заставлять сердце капитана Широгане совершать кульбиты и биться как бешенное

Десять пунктов о том, на что нужно обратить внимание начинающим авторам: от написания текстов до отношения к собственному творчеству.

Вот так собачишься с одним оборотнем, а потом ты в чулках, оборотень в шоке. И полнолуние приближается.

Я знал, что это правда. Еще до того, как Адам в одночасье перестал искать со мной встреч, как притащил первую девушку из вереницы всех его последующих «муз».

Меня зовут… Андрюша! Девятнадцать лет. Живу с отцом, небольшим количеством прислуги и Маем - его личным охранником. И, кажется, жить осталось мне недолго, потому что потребности растут и за них я получаю все больше. Хочу его. И ничего с этим поделать не могу...

— Ты же из приличной семьи! — не выдержал Артур. — А ведёшь себя... Да и выглядишь... Ты сейчас в костюме должен бегать и со скрипочкой. — И пизды получать от нормальных людей, - ввернул Нана. — Я — и скрипочка! Это же придумать надо!

Я сидел возле дома на низенькой скамеечке и бездумно пялился в стену напротив. Как он появился, я не заметил. Глаза закрыл на миг, а открыв, увидел старые, запылённые кроссы, джинсы, широкий ремень на бёдрах, и на нём заячья лапка болтается.

- Вы только гляньте на эти хромированные бока, на обтекаемую форму, на цвет: такой агатовый – редкость. - Ну не знаю, тут вот явно скол чешуи подкрашен. А здесь – царапины. - Да ведь это боевые шрамы, это у них вроде знака отличия. Поверьте, за такую цену вы себе транспорт на рынке больше не найдёте. - Хм… а какой у него пробег… то есть, пролёт? - Судя по срезу хвоста и размаху крыльев, около пятисот лет. - Фу, такой старый? - Да что вы, пятьсот лет по драконьим меркам – расцвет сил!

– Черт, – сплюнул Федор. – Как пить дать припрется этот пингвин татуированный. Ведьмак недобитый. Начнет путаться под ногами, пугать свидетелей, бросаться Шекспиром… — Устаревшие сведения, Порохов, — сказали холодно сзади. — У нас прошла модернизация, Шекспира год как сняли с вооружения. Федор неспешно поднялся: – Ну и чем вы теперь стреляетесь? Пушкиным? Толстым? Не дай боже, Донцовой? Солнцев дернул плечом, обтянутым косухой. — Ни то и ни другое. У нас теперь на вооружении русский рок.

При загадочных обстоятельствах единственный эльфийский принц погиб, но боги рассудили иначе. Вернув ему жизнь, они забрали часть воспоминаний. И теперь Латариэлю в компании наёмника-вампира предстоит выяснить, почему ему был дан второй шанс, а по пути распутать паутину интриг и тайн.

— Ты как… — парень неловко сцепляет перед собой пальцы, — в какой позе? Егор никогда не ходит по таким вот захолустным заправкам. Саня командовал сам, а в официальных салонах, где Егор заправляется теперь, улыбки стерильны и энергетики никогда — никогда — не задают вопросов: «В какой позе?» Так что сейчас жар бросается к щекам даже сквозь усталость.  — Ну давай я… гм… сзади, что ли? — все это как-то слишком интимно, между лопатками ворочаются зябкие мурашки. — Ага. Тогда ложись.

Будучи студентом заочного отделения, по запаре выбрав не тот номер из общего чата, попросил списать... у препода. Сам не ожидал... А он-то как удивился!..

И тут Галыч встречается взглядом с Бенькой – тот смотрит своими драконьими глазами так, будто все уже давно вычислил: и вектор его влюбленного идиотизма, и квадратный корень, которым скрутились внутренности, и скорость поезда, что незаметно вышел из точки А (Нормальный Пацан) и стремительно и неизбежно приближался к точке Б (Влюбленный в Лучшего Друга Придурок). В конце концов, по алгебре у Беньки всегда была пятерка. Он вообще умный. Поэтому когда за ним пришли, сразу обо всем догадался.

— Не узнаёшь меня?.. — Линь Хао широко раскрыл глаза. Юноша же спрыгнул с лодки, приблизился, глядя на него тёмными глазами. — Или узнаешь, если коснёшься?..

Добро пожаловать в Агентство исполнения желаний. Будьте осторожны, это не мошенники, они действительно исполнят то, о чем вы их попросите. Тщательно формулируйте свои просьбы... И готовьтесь к тому, что по заслугам получат все.

Бойтесь своих желаний, потому что неугомонная парочка из ангела и демона, а также Марина всегда готовы их исполнить.