Кацуки пять, и он всегда знал, кем будет. Знал, к какому виду будет принадлежать. Знал, кем будет работать. Всё это. Поэтому он совсем не удивился, когда в пять лет доктора определили, что его тип — альфа.

Последней его мыслью, перед тем, как он отключился, была посвящена тому, кто наносил эти удары с самодовольным оскалом на лице. Его волчьи уши песочного цвета гордо стояли, будто тот смог завалить самого грозного своего противника. Интересно, что подразумевало Высшее Создание, когда он, рожденный Лунный Заяц, имеет в соулмейтах такого Волка?

После спасения Кацуки из рук злодея, он начинает испытывать к Изуку отвратительные, аморальные и абсолютно нежеланные чувства.

Деку узнает, кто его соулмейт. Лучше бы не узнавал.

У Бакуго есть весьма веская причина ненавидеть всё связанное с омегами.

Между ними разница в десять лет. Изуку впервые осознаёт свои чувства и безнадёжность своего положения.

Бакуго как обычно шёл по полупустым коридорам академии. Звонки уже отзвенели, все ученики споро разбрелись по домам, но сам он задержался на отработке и теперь медленно брёл по, казалось, безжизненной академии. Он совершенно не ожидал, что кровь вскипит в его жилах и недомогание, начавшееся с утра, выльется в нечто подобное.

Ну и что, если они соулмейты? Это ничего не значит. Вообще ничего.

Сколько поцелуев нужно двум неловким подросткам, чтобы принять свои чувства к друг другу? Очевидно, много.

Таймер появляется у тебя с рождения и отсчитывает время до момента встречи с твоим соулмейтом, но после того как ты встречаешь его, твой таймер вновь начинает отсчет - до того момента, как ты потеряешь его.

Он поворачивается, задирая край, и Бакугоу видит летящую комету прямо на левой лопатке, что тянется в сторону шеи. - Комета, - вслух повторяет он. - Комета, - подтверждает Изуку.

С самого детства мама рассказывала ему как это здорово – встретить свою истинную пару. Как здорово дарить ей свою любовь и получать её взамен. Маленький мальчик слушал её, сверкая своими изумрудными глазами, впитывая эти слова каждой клеточкой.

Сигареты. И вещи, озвучивать которые вовсе не обязательно.

Проблемы взаимной зависимости и момент, когда все идет не по плану.

Каждый день Катсуки мирно обедает с друзьями. Однажды Денки начинает говорить о любви.

Сколько себя помнил Катсуки Бакуго, столько на его предплечье, практически у самого локтевого сгиба, были слова, будто выведенные зелеными чернилами. Ночами они слабо светились, порой неприятно зудели и опухали по контуру, неизменно привлекали к себе внимание множеством завитушек. Бакуго эти слова казались нечто сокровенным, интимным - тайной, которую хотелось скрыть ото всех.

Изуку знает многие мелочи о своих одногруппниках, но не знает вкусовых предпочтений, казалось бы, самого близкого человека. Близкого по меркам Изуку. Мидория точно не знал, как к нему относится Каччан, да и, если честно, не хотел выпытывать ответ на этот вопрос. Зная характер Бакуго, подобные действия могут повести за собой не самые хорошие последствия, в лучшем случае, сломанный нос.

В момент пришло разочарование. Все хотят победить. Все пытаются победить. Изуку плевать. «Изуку, блять, красивый», — думает Каччан и прожигает взглядом.

Мать предупреждала его, что в мире есть человек, предназначенный ему судьбой, и что когда он вырастет, то сразу поймёт. Она описывала это как тонкую красную нить, которую могут видеть только родственные души. Но заносчивый блондин никак не ожидал увидеть что-то подобное.

Иногда Мидории казалось, что Кацуки смотрит на него. Но парень всё никак не мог понять, что тот хочет. К счастью, жертв этого сердцееда поубавилось, отчего жить стало легче, хотя тому всё так же признавались, надеясь стать той единственной, кто сможет приручить этого необузданного зверя. Но всех таких «желающих» посылали далеко и надолго. Изуку даже подумал, что альфа наконец-то нашёл ту самую, и он искренне радовался за него. Он ободряюще улыбнулся ему, а Кацуки ещё долго глядел ему вслед...