Опаздывая на пару по английскому, Антон даже и не думал вступать в перепалку с преподавателем, а то, что закончится всё жарким сексом на его столе, уж тем более предположить не мог…

Кофешоп-AU, где Антон — раздражительный бариста, а Арсений — навязчивый посетитель.

– Педики что ли? – Сережа невозмутимо проходит в курилку, запрыгивая на подоконник, и криво улыбается, внимательно рассматривая замешкавшихся парней. Арсений, по мнению Антона, находит странный выход из ситуации. Попов присаживается на стоящую у стены коробку и, перехватив его, Антона, поперек груди свободной рукой, тянет на себя, усаживая к себе на колени. – Он мой парень.

— Так чё, — решает разбавить тишину разговором Антон, — часто по стояку проблемы? Арсений давится воздухом на середине упражнения, а Антон беззаботно крутит что-то чем-то, изредка бросает взгляд своих овечьих глаз и лыбится. — Часто, — два и два наконец-то складываются в голове, и Арсений понимает, что речь о том самом, что на этаже, а не в штанах — с тем проблем никогда нет. — Сами не справляетесь, наверное? Блять, что за разговоры?

Когда мама сказала, что этим вечером к ним придёт её друг, Антон сначала сильно удивился, потом испугался, а затем предпринял попытку расспросить её о потенциальном отчиме, но та заявила, что между ними ничего нет… —Просто друг? —Да. —А вы, когда трахатесь, тоже друзьями друг друга называете? —Антон!

Смотри на меня, Я голый стою в окне без штор. Смотри на меня, Я в руках держу свой болт. Смотри в глаза, С балкона напротив отличный обзор. au, где Антон и Арсений – соседи, живущие в домах, находящихся друг напротив друга.

Напевая и танцуя, Антон резко отдернул шторы в разные стороны и замер, сталкиваясь взглядом с удивленными, а после восхищенными глазами какого-то мужика напротив. Минуту спустя, кажется, начало доходить, что мужик на дереве обрезает ветки, что мужик вовсе не на дереве, а на автокране, на специальном подъемнике, и что работа на сегодня, видимо, уже остановилась, так как рабочий в синей спецовке выронил секатор на длинной ручке и теперь бесстыдно пялился в его окно.

Тихо звякнул колокольчик, и высокий светловолосый парень переступил порог, сразу оказываясь в сухости и тепле небольшой галереи. Два небольших зала с развешенными на них фотографиями и около десятка, вероятно, таких же любителей искусства, как и он, загнанных сюда непогодой, в основном молодые парочки. Несколько женщин постарше и двое мужчин бродили по залу, перешептывались, пили горячий чай, предоставленный строгой женщиной в униформе, сидящей в углу с термосом и стаканчиками.

— Арсений Сергеевич, проснитесь! Вы опоздаете, у вас же сегодня первая пара у третьей группы, — метался следующим утром студент возле храпевшего мужчины, но толку от этого было мало, и тогда Антон полил его из чайника холодной водой. — Какого хрена? — зарычал тот, отмахиваясь от воды. — Я тебе что, клумба? Ты кто такой? — Арсений хмурился, пытаясь навести резкость и вспомнить хоть что-нибудь. — Я Антон Шастун, вы у нас литературу ведете.

— Штаны снимайте, или вам помочь? — Арсений смотрит выжидающе и взгляда не отводит, поэтому Антону ничего не остается, кроме как медленно стянуть с себя джинсы, оставаясь в одних боксерах с изображением конопли. Так некстати он решил надеть их сегодня. Возможно Арсений Попов мог удовлетвориться и этим, ведь запретное найдено, но, кажется, тот не удовлетворился, потому как лишь тяжело вздыхает, качая головой. — Трусы тоже снимайте.

— Доброй ночи, — раздается бодрый голос через мгновение, — Арсений. Чем могу быть полезен? — Это квартира 456, вода пропала, разберитесь, — бросает Антон в микрофон без намека на любезность, и на том конце отчётливо фыркают: — Да что вы говорите? — Я не понял, так вы идёте? — Ага, лечу, — выдает все тот же голос и сам сбрасывает вызов.

Мы живём в прекрасной стране, где вызов Деда Мороза стоит дороже вызова проститутки, хотя перед Новым годом совсем не факт, что и они не поднимут цены на свою любовь. Впрочем, для молодого и успешного предпринимателя Арсения Сергеевича Попова в канун Нового года выбирать особо не приходилось. Тридцать первого декабря единственная дочь ждала Деда Мороза и Попов никак не мог вызвать проституток, хотя безумно хотелось.

Au|Хулиган, ботаник, ненависть и общий проект по биологии, отложенный на последний вечер перед сдачей. что может быть лучше?

— Да ну тебя! Кто из нас не сосался под "Районы, кварталы"! Антона как током дёргает. Ему вдруг так хочется, чтобы это случилось именно сейчас.

— Я сосался под «Районы-кварталы», — увлечённо произносит Антон. Горящий взгляд, широкая улыбка. — Прикинь? «Шаст, ты имбецил, — проносится в голове у Арсения, но он старается не подавать виду. — Нашёл, что вспомнить»

— А я не хочу дуть в эту трубочку, я хочу подуть в другую, покажи мне свою, а? — томно произнес Попов, скользя рукой по бедру полицейского. — Я хочу дуть в другую трубку, — добавив голосу сексуальности, мужчина закусил губу и вновь наклонился над трубкой алкотестера. — Ну дай подую, а?

AU, в которой Дмитрий Позов, преподаватель психологии, проводит необычный эксперимент между студентами, с помощью жеребьёвки совершенно случайно сковывая двух врагов одними наручниками на целый месяц.

Антону лень читать контракт. Да и к чему это делать, ведь суть была ясна ещё из разговора с PR-менеджером: он должен сняться для гламурного мужского журнала "Альфа" и получить весьма внушительную сумму гонорара. Шастун недоумевал, почему из всей четвёрки импровизаторов выбор пал именно на него. Не, ну ладно, Серега или Дима — не в обиду будет сказано, неформат. Но почему он, а не Арсений? Попов ведь такой красивый! Объективно гораздо красивей его, Шастуна...

— А может, отомстим ему? — Как? — Да вот так, — просто кинул Арсений и, перегнувшись через стол, сладко поцеловал Антона в губы. — Ну, что скажешь? — Скажу, что ты охуенно целуешься и что я определённо за. Или AU, в которой Скруджи встречается с Антоном и Арсением одновременно, за что — парни уверены — тот должен отплатить сполна.

— Кончал так со своим кавалером? — спрашивает Арс, оторвавшись от губ напротив. — А это важно? Не думаю, что ещё раз появлюсь здесь, — Антон еле находит в себе силы связать слова в предложения. — А жаль. У тебя максимально нереализованный потенциал бляди.