И все, в принципе, хорошо. Отабеку и песня, и видео, найденные на просторах великого и могучего интернета, даже понравились. Ржал вроде. Только на третий день Юра стал замечать, что песня из его списка аудиозаписей не уходит вообще, прослушиваемая не то что ежедневно, а практически ежечасно. О своем соулмейте в эти моменты Юра как-то не думал, он этого панка-рокера, чтоб ему там икалось, вообще особо не принимал, но в какой-то момент прикинул, что «заевший» припев кого хочешь выведет из себя.

Действующему чемпиону мира по плаванию Юре Плисецкому, с его физическим и эмоциональным истощением, прямая дорога в Болгарию — лечить тупую башку морем, солнцем и персиками.

Юра подсел на один вирус и стер себе все руки, пытаясь от него избавиться.

Он не понимал, как он, Юрий Плисецкий, всегда твердый, как скала, грубый, равнодушный, который не способен раскрыть свою душу никому, кроме льда, вдруг оказался в плену у таких сильных чувств. Чувств, которые сыграли с ним злую шутку уже дважды.

AU, где мысли соулмейтов, адресованные друг другу, отражаются на коже. Юра живёт, тренируется, побеждает и заведомо любит свою странную и нежную родственную душу, которая почему-то не хочет к нему являться во плоти.

«Я дно», — думал Юра, скачивая приложение для знакомств. — Пиздец, — шептал он, заполняя в анкете графу «пол партнёра» — мужской, «особые пожелания» — азиат.

Пять раз, когда Юра (почти) получил свой первый поцелуй, и один раз… ну, вы знаете правила.

Юру не особо интересовал родной язык его друга, он ждал, пока сможет заговорить на языке соулмейта, чтобы найти его, поэтому Отабек часто говорил что-то сокровенное на казахском. Но со временем Плисецкий начал понимать эти слова и то, кто же ему предназначен.

- Ну... Ты же хотел необычную надпись? Это... Весьма необычно... - протягивает Бабичева разглядывая запястье Плисецкого. - Блять. - единственное что смог сказать Юра, закрывая фразу соулмейта рукавом толстовки, - блять. Блять! Соулмейты!AU С первыми словами истинного на запястье

Юра и Отабек были всемирно известными фигуристами. Соперники на турнирах и друзья вне катка, они оба усердно трудились, чтобы в итоге построить прекрасную спортивную карьеру. Юра только посмеялся над ним, когда Отабек однажды сказал, что «как-то это всё слишком идеально, такое чувство, что рано или поздно что-то случится».

— Отабек говорит, у меня глаза солдата, — Юра собирает волосы на затылке, держа резинку наготове. Стягивает их парой движений и скользит к центру катка, лишь слегка оттолкнувшись одной ногой. Черт возьми, он хорош.

- Я женюсь. Слова Алтына будто оглушили Плисецкого. И если он и остался ровно стоять на ногах, то только потому что его учили в любой ситуации оставаться профессионалом.

- Пап, а как вы познакомились? - Юрий сглотнул, бросив взгляд на довольно хмыкнувшего Отабека. Тот самый вопрос, на который сложно ответить так, чтобы ребенок правильно все понял.

"Я влюблен в тебя. Спасибо за куртку".

— Бек, мы что, расстанемся? — спрашивает Юра, влетая в комнату, даже не успев разуться. — А? — Отабек поворачивается к нему в компьютерном кресле, и Юра жалеет, что на грабли нельзя снять видео — такое у того сейчас смешное лицо.

Юра с пеной у рта доказывает, что с Отабеком у них отнюдь не любовь. Мила упорно не верит.

Они расцепляют руки, тут же пряча их в карманы курток, но прежде чем Юра убирает ладонь, Отабек замечает на его запястье крохотную фиалку, еще не цветущую, но все равно прекрасную. Улыбается как-то нежно и тепло, потому что, ну правда, что ли? Фиалка – символ скромности, невинности и красоты. Юрка спотыкается на одной из ступенек, пока они спускаются с крыши, и смачно матерится. Это вот он олицетворение скромности?

...или тысяча и один способ сказать "я без ума от тебя".

И все у них было отлично и прекрасно, если бы не одно маленькое «но». Юра был уже большим совершеннолетним мальчиком, плохих привычек не подхватил, но вот от одной детской так и не избавился…

- Здорово, - кивнула ему Мила. - Ну что вы? Все еще не хотите признать, что встречаетесь? - И ничего мы не встречаемся, - Юра наконец нехотя убрал руки от Отабековского лица и поплотнее запахнул на себе Отабековскую же олимпийку. Алтын приобнял Юру за плечи и кивнул в подтверждение его слов.