Когда-то Дазай рискнул пошутить, что нарядит Фёдора на Новый Год в костюм снегурочки. Но тот резко выразил своё несогласие и благополучно забыл об этом. А вот Дазай, видимо, нет.

— Я могу снять, Осаму? — осторожно повторяет Фёдор, заглядывая в чужие глаза. — Тебе не понравится то, что ты увидишь, — выдыхает Дазай. — Почему? — Это... — Дазай прикусывает нижнюю губу, заставляя себя замолчать. Это глупо. — Тебе будет больно. | Dostozai Week день 5: свидание в ванной

— Тупой качок, который даже трахаться нормально не умеет, не то что думать... Чуя резко замолкает, так резко, будто с разбегу впечатывается в бетонную стену. Брови, до этого нахмуренные, разглаживаются и приподнимаются от удивления. Чуя ошарашенно смотрит на Дазая. Это что-то новое. | Дазай снова не заботится о себе, а Чую это слишком быстро раздражает

У него холодные руки и холодный взгляд, он смотрит так приторно, что его сладкие лиловые глаза хочется выдернуть, облизать и раздавить. Кажется, на вкус они такие же сладкие, как и его речи. Сладкие до приторности. От этих глаз, голоса, движений в совокупности просто тошнит, но Осаму слушает. Наверное, он привык, а может, он зависим.

/Writober 2022. Day nine. Direction/ Во время передышки между боями Федя и Дазай, воюющие по разные стороны, находят время на встречу в спешке покинутой жителями деревне.

Он просто не умеет проигрывать.

Никогда не суйся к Демону со страшными сапфировыми глазами. Дазай ослушался. Нехороший мальчик решил бросить вызов злу. Ай-ай-ай, кто же сражается с самим Демоном? Каков глупец… Осаму согрешил, явившись сюда. Придётся платить за свои грехи.

Фёдор посмотрел на него безразличным взглядом, прежде чем жестом указать идти за ним. Все русские такие странные? — подумал Дазай, лениво шагая по темному коридору.

— Аккуратнее, Осаму, твои укусы всегда долго заживают. Щёку снова обжигает пощёчина, а шершавый язык слизывает выступившие на меловой коже рубиновые капли так, что колени начинают подрагивать, а пальцы на ногах поджиматься. — Я не позволял говорить.

Фёдор лежал на прохладных тёмно-синих простынях, поджимая губы от ощущения ладоней Осаму, которые настойчиво скользили по длинным ногам, обтянутым развратными чёрными чулками в крупную сетку. Кроваво-красное шёлковое платье на бретельках собиралось в крупные складки на плоской груди, обнажало изящные плечи и едва ли доходило до середины бедра, открывая вид на пережимающие кожу ремешки с креплениями для чулков.

– Тогда поможешь мне снять напряжение? Мы давно не делали это на столе, уверен, тебе понравится, – вкрадчиво проговорил Дазай на ухо Фёдору, который прикрыл глаза, отдаваясь ощущению властно скользящих по телу рук. Громкий стук входной двери заставил обоих вздрогнуть и оглянуться на выход в коридор, откуда послышался звонкий голос: – Я дома! Произошёл небольшой форс-мажор, и я решил, что оставаться в полыхающем здании – не самая лучшая идея, – громко оповестил внезапно вернувшийся Николай.

– Провокатор, – с предвкушающей улыбкой прошипел Дазай и поднялся с кресла, в считанные мгновения преодолев расстояние между ними. Осаму схватился за воротник чужой рубашки и притянул Достоевского к себе, целенаправленно вжимаясь в ухмыляющиеся губы нетерпеливым поцелуем и проталкивая язык в приоткрывшийся рот. В нос ударил запах потного разгорячённого тела, смешанный с резковатым ментоловым запахом шампуня, которым пользовались оба, и эта смесь пьянила и пробуждала желание не хуже афродизиака.

После приезда странного японского мальчика в глухую деревню, даже самый одинокий и тихий Фёдор с последней парты им заинтересовался. Кто же знал, что уже следующим летом они будут в отношениях, так ещё и останутся одни в одном доме...

И пока мы с тобой ведём эту игру, внутри произрастают цветы...

Большие люстры с маленькими подвесками освещает большой зал, полностью зарезервированный Токийской Мафией на сегодняшний вечер. Столики убраны, вместо них - длинные столы под стенами с фуршетом. Золотисто-белое оформление зала и тёплый основной свет успокаивает. Чуя невольно расслабляется, но старается удержать в голове важность сегодняшней встречи. Что немного сложно, когда рядом с ним такой красавец. AU, в которой Чуя — босс Портовой Мафии, а Дазай — его личная шлюха

Коля был прекрасен — до той степени, в которой красивы не могли быть живые люди, а лишь бесы, вернувшиеся с того света. Федина ладонь дрогнула, когда вторая рука мертвеца опустилась ему на бедро, а сам он, нескладно для своего высокого роста, приник ближе, прижимая тяжелую голову к рукам некроманта и сутуля плечи. — Ты совсем замёрз, душа моя, — прошептал Коля, горячо-горячо выдыхая на дрожащие пальцы. — Пойдём в постель.

я буду счастлив потратить все это время на совершение самых сладких грехов вместе с тобой.

Ну, что, Коленька, шалость удалась?

Путь грешников вымощен камнями, но на конце его — пропасть ада. /Сир. 21.11/

Они видятся редко, очень редко. Обстоятельства не позволяют. Принадлежность к разным династиям ломает большое количество возможностей. Принципы и правила — ещё больше.